— Да это все твой волхв, — ответила Наталка. — Насытил тебе кровь корпускулами, они не только затянули рану, но еще омолодили. Я тоже так хочу!

— Сначала перережь себе артерию, — хмыкнула Галина. — А перед этим попроси у жениха Марины, чтобы помог. Возможно, и получится.

— Ну, на хрен! — закрутила головой Наталка. — Меня и без того князь любит. Вот, видишь серьги? Золотые, с бриллиантами! Боря подарил. И обещал мне шубу. А твой татарин что?

— Яша предлагает стать его второй женой, — сказала Галя.

— Как это, второй? — Наталка удивилась.

— Одна-то есть. Но мусульманам можно и четыре.

— А с первой что?

— Бездетная. Но разводится с ней не хочет, говорит: она хорошая.

— Может, детей нет из-за него?

— Проверили — причина в ней. Вот он и говорит: раз девочку родила, родишь и мне, но только сына, — Галина улыбнулась. — Как будто можно угадать.

— Нет, я б второй не согласилась, — закрутила головой Наталка. — Как ты уживешься с другой в одной квартире?

— Яша говорит, что купит мне отдельную. У них так принято, чтоб у каждой был свой дом.

— Веру менять придется? — Марина подключилась к разговору.

— Для жены не обязательно.

— Как тебя примут его родители?

— Говорит, что будут рады — особенно, когда рожу.

— С работой у них как? — задала вопрос Наталка.

— Врач-педиатр к тому же травматолог с огромным опытом работы… — Галина повела плечом. — Сказал: с руками оторвут. У них в Казани на таких огромный спрос.

— И что решила?

— Пока что ничего, — Галина вздохнула. — Думаю. Боязно мне, девочки. Нет, мне он очень нравится — ласковый, заботливый. Вижу, что ко мне не равнодушен. Но как там сложится…

— Съезди к нему в гости, — посоветовала Марина. — Посмотришь город, познакомишься с родителями. В больницу загляни, спроси, как там у них с врачами. И дочку обязательно возьми. Пусть и она посмотрит и скажет, нравится ли ей в Казани.

— Ну, ей понравится, — Галина улыбнулась. — Там нет войны, прилетов. Яшу Катя обожает. Он без подарков не приходит: сладости, игрушки… Играет с ней, и дочка к нему тянется.

— Значит добрый, — заметила Марина. — Дети это чувствуют.

— Обещал ее удочерить, — сказала Галя. — После того, как забеременею…

Они еще немного поболтали, подруги попрощались и ушли, а Марина, утомленная, уснула. Ей снился сон: она и Коля играют с девочкой лет четырех. Та, хохоча, бежит от них, Коля ее ловит, и они взлетают над землей. «Пусти меня! — недовольно говорит ребенок. — Сама хочу летать!» «Тебе пока что рано, — отвечает Николай. — Вот подрастешь и научу». «Сейчас хочу!» — упрямится девчонка… «Это наша дочка, — поняла Марина. — Какая же она красивая!» Одинокая слезинка выкатилась ей на щеку и высохла на ней…

Николай же в это время сидел у Ярового, с которым перед этим созвонился, и излагал ему свою задумку.

— Любопытно, — контрразведчик, недавно получивший подполковника, задумался. — Необычно, дерзко, но и опасно.

— А что позволить этим сволочам и дальше бить по городу? — нахмурился Несвицкий. — Они не угомонятся.

— Знаю, — ответил Яровой. — Их командующий уже сказал по телевизору, что устроит ад в Царицыно. И наши дети будут жить в подвалах. Но рисковать людьми…

— Выход — бить! Да так, чтобы умылись кровью. Другого языка они не понимают. После того, как привезли в Царицыно начальника их ГУРа, теракты прекратились?

— Не буду спорить, — согласился подполковник.

— Вот и они заткнутся. Но без вашей помощи не обойтись.

— Имперцы согласятся?

— Дед пообещал поговорить с командующим корпуса.

— Дед?

— Вице-адмирал, советник императора, Несвицкий Николай Иванович. Я внук ему.

— Не знал, — подполковник поднял бровь.

— Николай Иванович признал меня официально. Перед этим досконально все проверил. Короче, я бастард его сына Михаила, погибшего в бою.

— Ну, если сам советник императора… — промолвил контрразведчик. — Но я такие вопросы не решаю. Поговорю с начальником.

— Пожалуйста, держите меня в курсе, — попросил Несвицкий.

— Конечно, — Яровой кивнул. — Мне нравится ваш план, хотя он авантюрный донельзя. Но вы везучий, Николай Михайлович, поэтому я поддержу. Удачи!

— Спасибо, — Несвицкий пожал ему руку. — Увидимся.

К себе он ехал в добром настроении. У него, похоже, получилось заручиться поддержкой контрразведки. Яровой поговорит с начальником, и тот, скорей всего, что согласится. Обстрелы города — боль для изнемогшего в войне Царицыно. И если есть возможность прекратить… Как поведут себя имперцы? Удастся деду убедить командующего корпусом?