— Спасибо, — я вытащила из конверта нотариуса свой новый мобильный, протянула няне. — Забейте, пожалуйста, ваш номер.

Кивнув, женщина уверенно потыкала пальцем в дисплей и вернула телефон мне. Неожиданно встревожившись, торопливо промолвила:

— Хозяюшка, вы же не ели ничего! Может, дела подождут? Я быстренько перекусить приготовлю.

— Нет времени. И так вынуждаю нотариуса ждать, — покачала головой. Услышав, как заурчал пустой желудок, поморщилась. — Вы начинайте собираться. Как поеду обратно — позвоню.

Не дожидаясь ответа, я покинула комнату Пети и направилась в свою.

По пути глянула на дисплей мобильного. Прочитав написанное няней, усмехнулась. Кроме номера телефона, у меня теперь есть ее фамилия, имя и отчество: заботливую женщину зовут Мария Игнатьевна Носова.

Все, надо срочно ускоряться. Времени в обрез: нотариус лоялен, но не стоит наглеть.

Собралась я буквально за пару минут. Особо не выбирая, надела серенькую футболку, темно-синие джинсы. Всовывая ноги в кроссовки, поискала глазами расческу. Та обнаружилась на полу возле кровати.

Энергично расчесываясь, подошла к столу, уверенно открыла нижний ящик. Сверху белел конверт. Мельком посмотрела на отправителя: Императорская южная школа. Взяла плотный чуть шероховатый прямоугольник. Конверт не был вскрыт, а сверху алыми буквами горело: «Важно! Срочно!».

Хм-м… Няня обмолвилась, что я не хожу на учебу. Не извещение ли это об исключении за прогулы? Надо обязательно прочитать.

Положив письмо на стол, я торопливо вытащила из ящика плотную черную папку. Заглянув в нее, обнаружила пластиковую карточку с теперь уже моей фотографией.

«Водительское удостоверение», — про себя прочла надпись.

Ух ты, моя предшественница, оказывается, водила машину? Прекрасно! Надеюсь, в управлении местный транспорт не сильно отличается от нашего. Впрочем, все равно разберусь. Опыт-то есть.

А где же паспорт-то?

Покопавшись в бумагах, но так и не найдя нужный документ, досадливо поморщилась. Ладно, времени нет искать. Сейчас и права сойдут.

Запихнув пластик в задний карман джинсов, торопливо поднялась. Недолго думая, положила в этот же карман банковские карточки, схватила мобильный и запечатанное письмо из школы и стремительно вышла из комнаты.

Наверное, ознакомление с корреспонденцией следовало отложить, однако было банально интересно, что там.

Остановившись в дверях кухни, я спокойно сообщила:

— Можем ехать.

— Наконец-то! — раздраженно заявила опекунша, поднимаясь следом за нотариусом из-за стола. Выйдя в коридор, безапелляционно добавила: — Со мной поедешь. У Дмитрия Александровича своя машина.

Я едва заметно усмехнулась. Конечно, пообщаться с Аленой Николаевной надо — вопрос с артефактом-следилкой не решен, — но это позже. Сейчас у меня другие планы.

Выйдя из дома последней, я пересекла двор, аккуратно закрыла калитку и осмотрелась.

У желтого забора стояли два солидных седана: ближе к входу серебристый, за ним — черный. Опекунша подошла к светлой машине. Пикнула сигнализация, женщина уверенно забралась в салон.

Поймав вопросительный взгляд нотариуса, остановившегося возле водительской дверцы черного автомобиля, я кивнула мужчине и направилась к его машине.

— Не поняла? — долетел в спину удивленный голос опекунши.

— Позже мы с вами обязательно поговорим, — не оборачиваясь, произнесла я холодно, устраиваясь на переднем пассажирском сидении черного седана. С легким хлопком закрыла дверцу, положив письмо и мобильный на колени, пристегнулась ремнем безопасности и посмотрела на Дмитрия Александровича.

— Расстраиваете вы сегодня Алену Николаевну, — лукаво улыбнулся мужчина, заводя двигатель. Я лишь пожала плечами.

Автомобиль плавно тронулся с места и поехал по узкому проулку. Не торопясь начинать разговор и намеренно выдерживая паузу, я вскрыла конверт. Прочла текст и нахмурилась. Предположение, что это извещение об отчислении, оказалось недалеко от истины.

Администрация учебного заведения уведомляла о том, что господин Юрий Николаевич Метельский полностью оплатил обучение дочери на факультете управления. Однако уже почти месяц идут занятия, а Владислава Юрьевна по неизвестным причинам так и не приступила к учебе. И если крайний срок завтра утром она не явится к ректору, то ее ждет отчисление. Притом выплаченные авансом деньги не вернут. Дескать, это штрафные санкции по договору.

Я вновь глянула на сумму, которую потеряю, если не начну учиться: шесть миллионов рублей. Это что ж за цены-то такие?!