— На месте, — лаконично сказал пилот и вылез из кабины.

Кирсан вылез следом и увидел, что рядом стоит еще один гравилет, но побольше раза в два и, судя по массивным стволам на пилонах и отсутствием признаков пассажирского отсека — тяжелобронированный ударник.

Прямо на самом верху ударника сидел человек, чья поза почему-то напомнила Кирсану футбольного болельщика на трибуне.

Он помахал Скаю рукой и сказал:

— Забирайся.

Забраться на аппарат проблемы не составило, потому что гравилеты, взлетающие с места, не имеют развитого шасси и опираются на три небольшие выдвижные опоры с колесиками, при том что колесики эти нужны гравилету, видимо, только на случай буксировки на ремонт.

Как только Кирсан забрался наверх, пилот ударника похлопал по месту рядом с собой, приглашая садиться, и сказал:

— Привет. Я — командующий Текарса. Командую этой базой.

— Э-э… Приветствую. Я Скай…

— Ага, я знаю. О, гляди, начинается.

Гравилет стоял на холме перед пустырем, а пустырь этот оказался полигоном, на котором Кирсан сразу увидел элементы полосы препятствий, а посмотрев в направлении, куда показал Текарса, заметил холм, за которым поднимались клубы пыли.

В следующий момент из-за холма стремительно вылетела громадная боевая машина необычной конструкции.

Габариты впечатляющие: высота относительно небольшая для такой массы, чуть меньше трех метров, что сопоставимо с земным танком, правда, без ярко выраженной башни. Но ширина корпуса больше, чем у танка, а по длине так и вовсе в два раза.

Аппарат лишен каких-либо признаков колес или гусениц, но явно передвигается по земле, так как подпрыгивает на неровностях грунта, поднимая облака пыли.

— Что это? — спросил Кирсан.

— Боевая машина ближнего боя, бортовое имя «Оползень», свидетель славной эпохи и участник великих событий… Последний, остающийся в строю, все остальные давно в музеях и на постаментах.

— Устарели?

— Технически — нет, этот переоснащен по самому последнему слову военной техники и перескомпонован под другие задачи. Просто изменилась доминирующая доктрина наземной войны, мы больше не ведем таких боев, для которых БМББ были созданы, и пилотов для них уже почти не осталось. О, выходит на полосу.

«Оползень» резко довернул, развернувшись на девяносто градусов и продолжая двигаться боком, вошел в неглубокий петляющий овраг и рванул по нему с дикой для такой массы скоростью.

Кирсан обратил внимание, что перед поворотами «Оползень» всегда разворачивается еще до собственно поворота и входит в поворот, просто добавляя газу. Несколько раз он был готов поклясться, что вот в этот поворот БМББ не войдет, не впишется — но «Оползень» вписывался и разворачивался на немыслимых пятачках, продемонстрировав не только способность передвигаться боком или наискось, но и вращаясь как угодно вокруг своего центра, носа или кормы.

— Охренеть, как он так маневрирует? На чем он передвигается?

— На спиральных колесах специальной конструкции, набранной из спиралей миниколес, по бортам, и на транспортерных лентах в днище. Колеса прикрыты броней и их не видно. Транспортер — это как гусеница, но состоит из перпендикулярных гусениц работающих независимо. Для транспорта с такими движителями буквально нет понятий «зад» или «перед», он движется как угодно и куда угодно. Абсолютная свобода передвижения по земле.

«Оползень» преодолел участок по скоростному вождению так быстро, словно это гоночный болид на треке, ну или помедленнее, но огромная масса, контрастируя с великолепной скоростью, создала впечатление невероятно стремительного движения.

А затем машина вышла на длинный участок препятствий, представленный широкой полосой с разбросанными по ней остовами различной боевой техники и противотанковыми надолбами[1], и прибавила газу.

Металлический монстр понесся вперед, не разбирая дороги и буквально снося и расшвыривая брошенную технику. Легкие броневики и средние танки разлетались от ударов широченного, массивного не то бампера, не то отбойника, и Кирсан прикинул, что масса «Оползня» сильно за сотню тонн.

При этом пилот мастерски обходил надолбы, лавируя многотонной махиной с противоестественной легкостью и даже грацией.

— Хренасе…

— Впечатляет, правда?

— Не то слово.

— Хе-хе… Все большие БМББ носили имена стихийных бедствий и замечательно их оправдывали.

Тем временем «Оползень» добрался до огневого участка, и Кирсан понял, что помимо чудовищной массы эта машина вооружена кучей стволов. Основное орудие располагалось внутри корпуса и имело очень малые углы наведения, но при фантастической маневренности это скорее достоинство, чем проблема. Вспомогательное вооружение — скорострельные пушки в башенках на крыше, в корме и в бортовых спонсонах, а также на выдвижных турелях, всего не менее десятка стволов.