Хлоп! Хлоп! Хлоп!

Стрельба.

Я встаю со стула, протягивая руку за своей пушкой во внутреннем кармане пиджака, когда Диана тоже встает. Она задирает элегантное черное платье до бедра, где с внутренней стороны у нее пристегнута маленькая «Беретта». Ее стройные, покрытые золотистым загаром, бедра на мгновение отвлекают меня, но затем я направляюсь на кухню, а она прямо за мной. Вэн сталкивается со мной плечом к плечу, когда мы одновременно пытаемся пройти в дверь, наши пистолеты наготове.

Взвинченный придурок держит шеф-повара на мушке и переминается с ноги на ногу, пока осматривает нас всех. Он маниакально грязный и весь в поту. Его место в сточной канаве — не самом лучшем месте в России.

— Я здесь из-за чертовой Волковой. Я знаю, что она здесь! — кричит он. — Где Ирвак, ты, гребаная пиздатая шлюха!

Прежде чем я успеваю сформулировать ответ, Диана проталкивается мимо нас с Вэном, обнажив оружие. Ее слова ледяные и жестокие, поскольку она произносит их без страха:

— Твой брат был змеей-воришкой. Не волнуйся, придурок, ты увидишь его в аду.

Хлоп!

С впечатляющей меткостью она всаживает пулю ему в глаз. Он оседает на пол, и из его разбитой глазницы пузырями течет кровь. Она убила его. Два убийства за один день. Диана Волкова порочна, как и Васильевы.

— Никакого оружия! — ревет мужчина в костюме, бросаясь на нее сзади. В тот момент, когда он кладет на нее свои руки, мои инстинкты срабатывают. Я дал обещание этой женщине, и я, черт возьми, намерен его сдержать.

Хватаю его за шиворот и оттаскиваю от Дианы. Мой кулак врезается ему в нос с тошнотворным хрустом. Он уже сломан. Мужчина на мгновение отступает, спотыкаясь, прежде чем броситься на меня. Я замахиваюсь на него еще раз, но он блокирует меня и валит на кухонный пол. Он крупнее, но я хитрее. Я просовываю руку между нами и крепко хватаю его за горло. Мужчина шипит, и я легко переворачиваю его. Прижатый к полу, он хватает ртом воздух, а его лицо багровеет, пока я ищу Диану. Вэн приобнимает ее одной рукой. Она смотрит на меня, разинув рот, как будто удивлена, что я только что защитил ее.

Конечно, я ее защищаю. Теперь это мой долг.

Диана собирается стать Васильевой, а с Васильевыми никто не связывается.

— Влад, — произносит глубокий, спокойный голос позади меня, — отпусти его.

Отец.

Я сжимаю горло этого засранца еще на секунду, прежде чем отпустить его и подняться на ноги. Поправляю пиджак и провожу рукой по волосам, чтобы убедиться, что они на месте, прежде чем подойти к Диане и коснуться ее подбородка, приподнимая ее лицо ко мне. Ярко-голубые глаза моргают, глядя на меня. Доверие. Малейшая вспышка, но оно есть. Я слегка киваю ей, прежде чем повернуться и посмотреть на своего отца.

— Он пришел за моей невестой, — заявляю я, теперь мой голос спокоен, совсем как у моего отца.

Его взгляд перемещается на мертвое тело, и он цокает языком.

— Любой поступил бы так же.

Никто не расскажет о том, что именно Диана произвела смертельный выстрел. Это не их чертово дело.

— Я не знал, что ты будешь здесь ужинать сегодня вечером, — говорю я с легким раздражением в голосе. Вваливаются телохранители и начинают наводить порядок.

Отец выдает самое близкое к улыбке выражение, на какое только способен.

— Я с несколькими потенциальными спонсорами «Игр». Мы были в здании клуба наверху, когда нас предупредили о стычке.

— С этим разобрались, — холодно говорю я, поправляя галстук. Я протягиваю руку Диане. Она высвобождается из объятий Вэна и кладет свою ладонь. — А теперь, прошу прощения, мне нужно проводить Диану домой.

Отец одобрительно кивает, и мы уходим, не сказав больше ни слова.

Голоса, доносящиеся снизу, пробуждают меня ото сна. Я натягиваю свой шелковый халат поверх ночной рубашки и протираю глаза, прогоняя сон и поглядывая на часы. Еще рано. Диана не должна была вернуться домой так скоро, но я слышу ее голос среди других. Спешу посмотреть, из-за чего весь этот переполох. Как только добираюсь до офиса Дианы, попадаю в ситуацию, из которой хотела бы сразу же выйти. Антон, мой отец, несколько людей Влада, моя сестра и сам Влад говорят быстро и все сразу. Но от чего у меня замирает сердце, так это от Дианы и Влада и их близости. Она, как всегда, великолепна в черном вечернем платье, но поверх платья на ней пиджак Влада, как будто сестра принадлежит ему. Мой желудок сжимается. Мир расширяется вокруг меня, и я почти чувствую, что плыву.