— Ирина, — рычит он.

Его голос отзывается эхом в моей душе, и я издаю болезненный стон.

— Ммм?

Он сжимает мои бедра, впиваясь своими пальцами в мою плоть, и резко разворачивает меня.

— Люди смотрят на тебя. Иди в свою комнату.

Смех срывается с моих губ.

— Никто не смотрит на меня, Влад. Я — Тень.

Он фыркает, и это так на него не похоже, отчего я оборачиваюсь, чтобы убедиться, что это на самом деле Влад все еще стоит у меня за спиной.

От напряжения в его глазах у меня подкашиваются ноги.

— Когда ты смотришь на солнце, ты не видишь тени. — У него низкий и хрипловатый голос.

Я наклоняю голову, чтобы изучить движения его губ. Что это вообще значит?

— А теперь беги, солнце мое. Вперед. — Солнце мое. Я не могу дышать. Кивком головы Влад побуждает меня двигаться. Я поворачиваюсь и, спотыкаясь, иду вперед. И когда снова смотрю на него, он уже подходит к Диане. Она мягко улыбается ему, прежде чем снова заговорить с нашим отцом.

Теперь он принадлежит ей.

То, что я только что почувствовала, было реальным. Это не было игрой или ходом, или чем-то еще, чем славятся люди в нашем мире. Влад замечает меня. Жаль, что долг для него всегда будет на первом месте, вот почему он там, где хочет быть, обнимая мою сестру одной рукой с каменным выражением на лице.

Король никогда не отступится.

А Влад Васильев — самый величественный мужчина, которого я знаю.

А я просто отвлекаю внимание.

Солнце мое.

Мое солнце.

Не тень.

Чувствуя, что это, возможно, мой последний шанс заявить о себе, я улыбаюсь ему. Наши взгляды встречаются, но Влад не подает никаких признаков своего небольшого промаха, случившегося несколько секунд назад. Сложный. Несдержанный. Свирепый. Он снова воздвиг свои стены.

Моя улыбка исчезает, и я крадусь обратно в тень, где мне и место.

Я не солнце.

Но было приятно сиять, как одно из них, пусть даже всего на мгновение.

Голоса, в конце концов, затихают, и в доме воцаряется тишина. Я всегда держу дверь своей спальни открытой — старый детский страх оказаться запертой наедине с мужчиной, который, казалось, никогда не исчезнет, даже когда стану взрослой. Вот почему я сразу услышала шум, но сегодня вечером моя дверь закрыта. Я не хотела, чтобы Диана или мой отец слышали, как я оплакиваю свою печаль в подушку.

Как можно горевать о том, чего у тебя никогда не было?

Я уже ни в чем не уверена, но скорблю. Мое сердце физически болит. Наша мать вышла замуж за отца, но между ними никогда не было любви. Их история совсем не похожа на те, написанные в сборнике сказок, которые мы с сестрой читали тайком. Диана позволяла мне свернуться калачиком рядом с ней в ее постели и читала приключенческие истории о храбрых принцессах, которые, в конце концов, встречали прекрасного принца. В глубине души я всегда думала, что мы с Дианой могли бы быть по-настоящему храбрыми и, в итоге, найти свою любовь. Почему у нас не может быть и того, и другого?

Однако наш мир — это не сборник сказок.

Злодеи рыщут по ночам — это скорее кошмар, чем сказка.

Нам показывают того, кого мы могли бы полюбить, а потом отнимают. Мы вынуждены следовать правилам, которые, в прямом смысле, высасывают счастье прямо из наших душ.

Должна признать, что у женщин Волковых не бывает счастливых концовок.

Раздается легкий стук, отрывающий меня от моих мыслей, и сестра зовет меня через разделяющую нас дверь.

— Ирина, ты не спишь?

Я остаюсь тихой и неподвижной, надеясь, что она уйдет.

Не повезло.

Дверная ручка поворачивается, и Диана толкает дверь, делая шаг в мою комнату.

— Тень?

Я задерживаю дыхание и слышу ее вздох, прежде чем она уходит, закрывая за собой дверь. Я вздыхаю, наполняя воздухом свои легкие, затем наклоняюсь, чтобы включить лампу. И испуганно вскрикиваю, когда вижу Диану, сидящую на стуле в углу комнаты и смотрящую на меня в ответ. Странно видеть ее в этом месте, но она вовсе не похожа на тень. Диана руководит всем, что ее окружает. Все вокруг принадлежит моей сестре.

Точно так же, как ей принадлежит мое будущее.

Я подавляю боль и встречаюсь с ее печальным взглядом.

— Я знаю тебя всю твою жизнь, Ирина, — тяжело произносит она, нахмурив темные брови. Это напоминает мне о том времени, когда мы были детьми, и она беспокоилась обо мне. Такая опекающая и любящая. — И знаю, когда ты спишь, а когда нет.

Мои нервы накаляются до предела, как будто внутри меня происходит бунт.

— Я устала, Диана, — хриплю я, и в моем голосе слышится предательство. — Чего ты хочешь?