Собственно причина того, что демоны предпочли скрыться у Источников как раз во фруктах.

Очень много знаний было утеряно после многочисленных войн с людьми. Библиотеки демонов оказались малочисленны, а большинство знающих и умных предпочли убиться об меня. Ну, прошлое этой расы мне было интересно исключительно для понимания происхождения рас. Но раз не получилось узнать, это не так уж важно.

Я обошёл всё менее чем за три года, оставаясь практически всегда на связи, чтобы не пропустить родов своего первенца.

Не могу сказать, что Снежинка сильно округлилась. Небольшой животик да и всё.

По причине ожидания своего первенца, я приступил к экспертизе фруктов только после полного прохождения всех Краёв. Ни один дракон так и не прилетел защищать свои угодья, пока я там был. Хотя я точно знаю, что они подлетали, смотрели на меня, но не видели лент и вздыхали:

— Да ну нафиг!

— Охренеть, что за чудище?

— *Цензура*! о нём Эхо рассказывала во время чаепития?

— Бедные демоны…

И улетали.

Было несколько обидно, но уже не так интересно.

Изучив нескольких драконов, я знал слабые места.

К тому же, как оказалось, я нашёл несколько универсальных способов, как разумного противника противоположного пола окунуть в пучины наслаждения. Собственно побочный продукт анализа способностей оказался неотвратимым для женщин приёмом.

На самцов, как оказалось, тот же метод не работает. Он приводит цель в гнев и бешенство, но не более.

В любом случае, я вернулся на Остров Треугольника, стал проверять данные от демонов и сопоставлять их при помощи двойников.

Изредка ко мне заглядывали посетители.

Я как-то сразу не понял, что им надо. Только потом осознал, что двойники-то голые, а спустя какое-то время ко мне вломились Карловны под руководством Кузьмичёвой. Посмотрели на мои копии, накинувшие халатики, и тут же ушли:

— Няньки — врунишки.

— Да не, это всё Злата говорила, а ей Пила.

— Пошли, скоро Феофан будет баню принимать, я новую дырку просверлила!

Кхм, а детишки Карла выросли. Надо было всё же их сбросить в интернат насовсем. А то видите ли им не понравилось, и Снежинка всех вернула на остров.

Воспользовались добротой беременной орчихи и моим отсутствием.

— Эта чёрная ягода горчит, немного отдаёт миндалём, но в чистом виде волшебства не улавливаю, — произнёс двойник. — Требуется большая дозировка или сочетание с другим материалом.

— Жуй больше, — произнёс я.

В следующий момент в комнату аккуратно проскользнула Ту Ла, несколькими движениями сбросила с себя шёлковое чёрное платье и осталась в одном нижнем белье.

— Красиво, мило и прекрасно, но изменять я не намерен, — произнёс я, скользнув по ней взглядом. — Если совсем невтерпёж, что я вижу по ауре, могу выдать двойника или применить волшебство.

— Двойники не способны на физические нагрузки, — заявила моя копия, употребляя тестируемый продукт.

— Ну, значит, могу предложить только волшебство или отпуск для поиска жениха, — заявил я.

— Что за волшебство? — уточнила гномиха, неотличимая сейчас от человеческой красавицы.

— Анализ способностей, только наслаждение будет дольше.

— Согласна!

— Тогда позже. Сейчас я занят, — заявил я.

Для гномихи под восемьдесят оставаться невинной очень нетипично. По её ауре понятно, что я не совсем любовь в романтическом смысле, а некая фиксирующая идея.

Так что вечером я прямо спросил:

— Твоя цель — лишиться со мной невинности?

— Ты… откуда ты знаешь? Таниэль разболтала? — возмутилась гномиха.

— Нет. Читаю по ауре, — проворчал я. — У меня вопрос, в чём причина?

— Старый спор с Лейкой о том, кто затащит тебя в постель первой! Потом появилось дополнительное условие, что я перестану быть невинной именно с тобой, — заявила блондинка, теребя локон волос.

— Что за ставка? — уточнил я.

— Первое на желание. Второе на триста червонцев, — заявила Ту Ла.

— То есть, если я тебе дам условно семь сотен, ты откажешься от этой глупой и невыполнимой затеи? — уточнил я.

— Нет! Это дело чести. Анализ зачесть никак не выйдет, сколько бы я не думала, а вот целенаправленное удовольствие сойдёт за победу в споре. Ну, а кроме того, я… я… я хочу тебя, Орехов! Так или иначе! Неужели я чем-то хуже Снег? Моя кожа шелковиста, я мила, моя грудь упруга и юна… — начала нахваливать себя гномиха, словно суккуб.

— Я уже тебе много раз всё сказал, — проворчал я. — Ладно, мы собрались здесь для твоего наслаждения, начинаем.