Полицейские инспекторы добросовестно осмотрели весь дом, исследовали труп, опросили всех находящихся в доме. По их версии, убийца был посторонний грабитель, проникший в дом из парка. Возглавлявший бригаду инспектор Бувье, долговязый, мрачный, неразговорчивый субъект дотошно спрашивал каждого Свидетеля, пытаясь найти противоречие в их показаниях.

«Дронго» сидел в стороне, не обращая внимания на суету вокруг. Он для себя выяснил почти все.

Бувье долго разглядывал его документы, удивляясь, что «мсье Леживр» не знает французского. На предложение позвонить в «Интерпол» или комиссару Дюбуа в Монпелье, только неприятно улыбался, обнажая желтые лошадиные зубы. «Дронго» добросовестно отвечал на все его вопросы, пока, наконец, мадам Полонская не принесла газету с его фотографией.

– Это знаменитый детектив, — злорадно сказала она, протягивая инспектору газету, — он может найти убийцу и без вашей помощи.

– Очень хорошо, мадам, может он мне скажет, кто убил водителя? — спросил инспектор.

– Вы правильно ищете, господин Бувье, — кивнул «Дронго», — это наверняка мог быть только посторонний… Все остальные мужчины находились в гостиной, сторож слишком стар, а повар ушел в кладовую, где он был не один. Так что ищите этого неизвестного!

– Что я и делаю, — мрачно заявил Бувье, — в любом случае, прошу вас завтра зайти еще раз в комиссариат города.

– Разумеется.

Уже под утро полицейские, завершившие предварительный осмотр, уехали, забрав тело с собой. Следом уехали Лепелье. Тереза чувствовала себя очень плохо. За ними ушли Мария и Дольский.

Правда, последний, уложив жену, спустился вниз, выпить чаю. Так они и сидели за столом вшестером. Графиня, Жорж де Рувруа, Дольский, господин Леживр, Жигунов и Игорь.

– А все-таки, — спросил вдруг Жорж де Рувруа, — к какому выводу вы пришли? Это действительно был посторонний?

– Конечно, нет, — спокойно ответил «Дронго», — так я говорил только для полиции.

– А что вы можете сказать нам? — поднял на него свои красные глаза господин Дольский.

– Очень много. Даже назвать имя убийцы.

– В таком случае, почему вы молчите? — резко спросила графиня.

– Я могу говорить только в том случае, если вы все дадите мне слово, что сказанное мною останется здесь.

– Конечно, — за всех сказала графиня, — они все дают слово.

«Дронго» осторожно поставил чашечку на стол.

– С самого начала было ясно, что пропавший Серж, его найденный крест и это письмо не стыкуются друг с другом. Крест мог украсть только грабитель, человек, польстившийся на довольно скромную, по вашим меркам, сумму. А вот письмо мог отправить только заботливый друг, решивший успокоить графиню.

– Интересное наблюдение, — холодно заметил Жорж де Рувруа. — и к каким выводам вы пришли?

– Прежде всего я не верю в случайных убийц. Так не бывает. Значит, кто-то узнал вчера такую информацию, что она стала смертельной для Альберта.

Теперь мне нужно было узнать, какая это информация. Но у меня было мало времени. Я начал анализировать. В таких случаях применяют правило логики профессионала. Верно сформулированный вопрос — уже половина решения. Кто мог оказаться на кухне незамеченным? Только четверо: господин де Рувруа, когда приносил накидку, господин Дольский, когда спускался от супруги, господин Жигунов, — когда приносил щипцы для камина, и господин Лепелье, принесший воду своей жене. Но кто мог нанести такой сильный удар? Здесь я вынужден исключить господина де Рувруа, для этого он слишком почтенного возраста, простите меня, мсье.

– Никогда еще мой возраст не служил мне таким надежным алиби, — холодно заметил Жорж.

– Потом я вспомнил, что Серж просил денег. Кто мог давать ему обычно деньги? Только двое: господа — Дольский и Жигунов. Наконец, кто мог отправить письмо, подделав почерк Сержа? Только тот, кто не знал о его возвращении в ту роковую ночь. Семейство Лепелье знало. Господин Дольский, очевидно, рассказавший все своей жене, тоже знал. Игорь видел своего родственника. А господин Жигунов просто знал, что Серж никуда не уедет. По поручению графини именно он просил Альберта немного «подкрутить» машину. Оставался только один человек, который мог отправить письмо. Это был господин Жорж де Рувруа, не знавший о возвращении Сержа в ту ночь.

Все посмотрели на де Рувруа.

Тот заметно побледнел.

– Я думал успокоить мадам Полонскую, — прошептал он.

– Спасибо, мой друг, — пожала графиня руку де Рувруа. — Я вас понимаю.

– Вы не сказали, кто убил Сержа 'Полонского, — сухо напомнил Дольский.

– По-моему, я сказал уже все. С племянником вашей супруги в тот день не встретились лишь двое господин де Рувруа и господин Жигунов. Я задал себе вопрос: почему так быстро был убит Альберт. Значит, убийца узнал нечто такое, что стоило Альберту жизни. Я задал себе последний вопрос — для кого возвращение Сержа в ту ночь и найденный крест стали новостью, ранее неизвестной. Ведь и Морис Лепелье, и господин Дольский, и Игорь знали о возвращении Сержа. И ответил на этот вопрос. Это были вы, господин Жигунов.