«Что за ерунда?» – в недоумении немым вопросом задаюсь.

Маму уже почти не слушаю. Уловив, что вновь говорит о Яне, заставляю себя вникнуть в суть.

– Передавай зятю привет. И от папы тоже, дочь.

– Хорошо, мам. Передам.

– Вы сегодня к руинам города майи едете, да? Светлана Павловна, – упоминает одну из учительниц истории гимназии. – Ю, она захлебывалась восторгами, едва я лишь между делом обмолвилась, что вы с Яном погружались в действующий на дне Карибского моря Музей подводных скульптур! А уж когда я показала те шикарные фотографии, на которых вы под водой над и между этими творениями искусств обнимаетесь, целуетесь, держитесь за руки и как будто танцуете, в оживление пришла вся учительская! Сказали, что мои дети красивее звезд мирового кинематографа! Так вот, теперь с древних руин снимков ждут. Прям спрашивают: когда же? Представляешь? Тебе стоило бы вести блог. Вы же часто путешествуете. Материала много. Да у вас и домашние снимки – великолепнейшая эстетика.

– Мам, – останавливаю ее я. – Говорила тебе уже не раз: у меня нет желания вести какие-то блоги. Да и времени тоже. Мы с Яном много работаем. После удачного осеннего выпуска автомобилей спрос на них очень большой. Нужно держать волну. К концу этого года мы хотим представить уже новые модели. Это правда требует много-много сил, мам. Успокойся ты с этими фотографиями, пожалуйста. Хочешь делиться с коллегами – делись. Но меня услышь – мне неинтересны никакие блоги.

– Ладно, ладно, Юнь. Я услышала. Тебе неинтересно – поняла, – спешно идет на попятную. – Ты у меня без блогов умница. Я тобой очень горжусь! И зятем тоже. Честно.

– Спасибо, мам, – благодарю искренне. – Ты извини, но мне нужно собираться.

– Конечно, дорогая. Люблю тебя. Жду фото. Па-па.

– Я тебя тоже люблю. Пока, мам.

Отключившись, кладу телефон на тумбочку и откидываюсь обратно на подушки. Задумчиво прокручиваю кольца на безымянном пальце. Вчера вечером накатила такая усталость, что я не помню, как уснула. Душ принимала перед ужином. А после ужина, едва вернувшись в номер, переоделась из платья в сорочку и легла. Ждала Яна с перекура и как-то незаметно уснула. Даже кольца снять не успела.

Потянувшись, снова беру телефон в руки. Касаюсь пальцем экрана и рассеянно смотрю на фото – Ян и я с красным дипломом у здания университета. Агния как-то спросила, почему именно этот снимок на обои выбрала. Внятно ответить ей не смогла. Сказала, что просто нравится. А сейчас рассматриваю и осознаю, что вижу в этом кадре не только некую завершенность – мы с Яном, как и должно быть, на вручении диплома вместе, но и напоминание о той силе, которой я сама обладаю. Ведь, несмотря на все пересуды и тяжелые воспоминания, когда Ян уехал, я вернулась и окончила именно этот университет.

Скользнув по экрану пальцем, смотрю на дату. Собственно, для этого и брала мобильный.

Семнадцатое марта… Хм…

Снова соски чешутся…

Могла ли я подхватить в Мексике какую-то хворь? Возможно, съела продукт, на который мой организм выдал аллергическую реакцию?

Заглядываю под сорочку. Сыпи нигде нет. Только соски выглядят ярче, чем обычно. И кажутся чуточку больше.

Я их чесала всю ночь?

Вот что за напасть?! Не хватало только здесь в больницу загреметь!

Яну ничего не скажу… Он же сразу вызовет врача.

Заметив, что муж закончил разговор и направляется в номер, поправляю сорочку. Встречаю его улыбкой. Смотрю непрерывно, пока приближается. И снова меня захлестывает дичайшей волной плотского желания. С возбуждением и раньше проблем не возникало. Интимная жизнь у нас яркая и насыщенная. Но именно сейчас… Все ощущения чрезвычайно острые. Будто после долгого-долгого воздержания.

– Мне нравится этот твой взгляд, – протягивает Ян тем особенным бархатным, хрипловатым и воркующим тоном, от которого у меня всегда мурашки проступают.

И сегодня они не задерживаются. Покрывают все мое тело.

– Какой? – кокетничаю, а у самой дыхание перехватывает.

– Такой, Юния Алексеевна. Смотришь, и на хуй просишься.

– Ян Романович! – восклицаю сипло. И тут же прыскаю смехом. – Ты сам-то смотришь на меня, как кот Боди на нашу гирлянду.

Хохот Нечаева заглушает мое неутихающее хихиканье.

Но… Едва он ставит колено на кровать, подтягивает меня за ногу к себе и наваливается сверху, веселье вмиг стихает. С замиранием сердца обвиваю мужа сначала руками, а затем и ногами. Встречая взгляд, взволнованно облизываю губы.

– Ты зачем меня вчера голодным оставила? Уснула за полминуты, – толкает отрывисто.

А я чувствую в его дыхании никотин и ловлю себя на том, что мои ноздри, втягивая этот аромат, трепещут, а желудок сжимается. От собственных реакций теряюсь. Мне и нравится этот запах, и вместе с тем от него неожиданно подташнивает.

– Давай сейчас наверстаем, – выдаю затянутым шепотом.

Прижимая Яна ближе, провоцирую на поцелуй. И он целует. Целует так же, как обычно. Те же движения, та же скорость, тот же вкус… Но мне сносит голову, будто впервые с ним целуемся. Схожу с ума от желания. Часто дышу и громко стону, дрожу в какой-то сексуальной лихорадке и отчаянно выгибаюсь Яну навстречу.