– Давай, Люба, — догоняет меня у подъездной двери. — Как истинный джентльмен подожду, пока свет в окне загорится.

Следующее утро я встречаю в замечательном настроении. Настолько замечательном, что подпеваю любимой радиостанции всю дорогу на работу. Чем такое объяснить, не знаю. Даже Ника отметила, что выгляжу я сегодня особенно хорошо, и в своей бесцеремонной манере полюбопытствовала, чем я занималась прошлым вечером в ее отсутствие. И хотя после расставания со Ждановым я сразу легла спать, ей многозначительно ответила, мол, пришла бы домой пораньше, а не миловалась с Глебасей — узнала бы. Пусть теперь мучается.

А если серьезно, неужели это я из-за вчерашнего ужина как бабочка порхаю? Не девчонка ведь уже, чтобы так по-наивному мужчиной очаровываться. Кто этого полиграфического магната знает? Вдруг по утру решил, что всякие заморочки с сорокалетними инженерами ему не нужны, и стоит поискать объект попроще да подоступнее. Он мужчина интересный, успешный и — что большая редкость в таком сочетании — свободный. Долго одиноким не останется.

Так я пытаюсь себя отрезвить, чтобы перестроиться с романтичной волны на рабочий лад. Получается откровенно плохо. Опыт и чутье подсказывают, что не стал бы такой как Жданов инвестировать столько личных усилий в проект, о котором через пару дней решит забыть. Проектом в данном случае я иронично именую себя.

Опустив солнцезащитный козырек, быстро окидываю себя взглядом и весело подмигиваю. А ты ничего такой, проект, Люба Владимировна. Точно не ширпотреб.

Ох, вот теперь я еще и как Жданов заговорила. Страшный он человек. Любому в голову заберется.

– Доброе утро, Любовь Владимировна! — подобострастно здоровается секретарь Шапошникова, едва завидев меня в дверях офиса.

– Здравствуй, Оля, — осторожно отвечаю я. Обычно ее из-за стойки не видно, а тут встала и не садится, будто намерена продолжить разговор. — Как твои дела?

– Хорошо все. Как ваш вчерашний вечер прошел? Хотите, сделаю кофе?

А, ну теперь понятно. Дело конечно в Жданове, а вернее, в нашем совместном отъезде, произошедшем на глазах у всего офиса. Сплетни, чувствую, минимум неделю ходить будут, если уж даже Ольга, не славящаяся трудолюбием, вдруг предлагает мне кофе.

– Вечер прошел прекрасно, спасибо. От кофе откажусь, потому что уже пила дома.

Улыбнувшись, чтобы не обидеть ее отказом, я собираюсь пойти к себе, но меня опережает новое предложение:

– Может быть тогда чай? Вы идите, а я к вам в кабинет его занесу.

Ну и что мне с ней делать? Притвориться, что не понимаю причин ее внезапно проснувшегося дружелюбия и терпеть расспросы у себя в кабинете? Нет уж, лучше решить все на месте. А то на меня в последнее время слишком много давления со всех сторон оказывается. Буквально продыху нет.

– Оль, если хочешь что-то у меня спросить — спрашивай сейчас. Не обязательно придумывать предлог с чаем.

Секретарша, к ее чести, даже и не думает отнекиваться и с готовностью оперевшись локтями на стойку, в лоб спрашивает:

– А тому высокий симпатичному мужчине, который вчера в офис приезжал, сколько лет?

«Тому высокому и симпатичному, который тебя перепуганной пони назвал и отчитал до заикания?» — язвит внутренний голос. Я иногда по настроению такой ироничной бываю — аж самой потом стыдно.

– Ты имеешь в виду Игоря Вячеславовича? Не знаю даже. Возможно эта информация есть в Википедии.

Глаза Лены так ярко вспыхивают, что не приходится сомневаться — не будь меня рядом, она бы уже набирала в поисковике имя Жданова.

– А он вас просто домой довозил или вы еще куда-то вместе ездили?

Подобной беспардонностью я могу лишь искренне восхититься. Нет, правда. Как и в случае с обмороками, я всегда чуточку завидовала тем, кого совершенно не заботит, насколько грубо они попирают своими расспросами границы чужой личной жизни. Я для этого то ли слишком воспитанна, то ли недостаточно любопытна.

– А для чего тебе это знать, Оля? — уточняю я почти с материнской теплотой.

Улыбнувшись, она мечтательно вздыхает и розовеет совсем как школьница.

– Просто он мне очень понравился. Такой… Сразу видно, что настоящий мужчина. Но если он уже вами занят… — Тут Ольга, сощурившись, оценивающе окидывает меня с ног до головы, словно прикидывая, насколько серьезна конкуренция. — То я мешать не буду.

Я чувствую замешательство. Ну и что мне на это отвечать? Рассказать об ужине просто ради того, чтобы устранить потенциальную соперницу? Это ниже моего достоинства. Да и какая Оля мне соперница? Жданов не мой мужчина, а она так и вовсе моей Ники на пару лет старше.