Он хрипло поблагодарил и отполз к капсуле, где лежал такой же дробовик, как у меня. Я как раз заканчивал разделывать змею, когда транс встал, держа меня на прицеле дробовика.

– Положи оружие на землю и снимай с себя всё, – велел он на интере.

Какая чёрная неблагодарность. Впрочем, помня, кого сбрасывают в капсулах на эту планету, чего-то подобного я и ожидал. Разогнувшись, я с окровавленным ножом в руке пошёл на него. Он пытался нажать на спуск и выстрелить, но безрезультатно: я сразу заблокировал механизм дробовика, так что зря он старался. Он попытался уйти от удара, продемонстрировав неплохую скорость реакции и знание навыков рукопашного боя, но это ему не помогло. Стопой левой ноги я подбил ему опорную ногу и, пока он заваливался, приласкал рукояткой ножа по голове.

Потом быстро раздел транса, покидав все вещи в капсулу, где находились распотрошённые рюкзак и баул, и утащил тело подальше в кусты, метров на пятнадцать от капсулы. Там резанул его по шее и, насвистывая, двинул обратно, пока тот хрипел и пускал кровавые пузыри у меня за спиной. Всё честно, я никогда не нападаю первым на незнакомых людей, а на знакомых, только если они мне что-то плохое сделали.

Вернувшись, я закончил разделывать змею, после чего почистился от крови и собрал вещи в капсуле. Саму капсулу перевернул, а то лежанка была на стене, спать неудобно, одеяло падает, зафиксировал её в таком виде. Собрал парашюты и убрал тюками внутрь. Люк приварил Силовой Ковкой, но перед этим часть мяса змеи убрал в трофейную капсулу, наложив псистазис, а остальное перенёс к своей.

Спустив свою капсулу с дерева и положив её так, чтобы лежанка была в положенном месте, я собрал парашюты, сунув тюки внутрь, а потом развёл костёр и стал варить похлёбку из мяса и овощей, взятых из посевного материала. Часть мяса нарубил и начал жарить на сковороде, оно было жирное и отлично жарилось, не прилипало.

Кровь, естественно, привлекла зверьё, и у трофейной капсулы вовсю шло пиршество. Тело транса быстро превращалось в обглоданный скелет. А потом змея приползла и, распугав остальных хищников, заглотила всё, что от него осталось. Меня хищники не беспокоили: пси-защита и тут действовала. Слабее, чем хотелось бы, но они всё же не приближались. Особенно меня пугал самый обычный на вид козёл, с бородкой и рогами. Столько пси-силы в нём… Хищник он, без сомнения. Бородка вся в крови, зубы острые. Честно признаюсь, он наводил на меня жуть. Но, к счастью, защита работала.

Готовил я на сухих дровах, с трудом найдя их наверху, так как внизу было очень влажно. Приготовив, поел и наконец-то ощутил блаженную сытость. Смог приговорить всё содержимое котелка, в два приёма. На жаркое уже сил не осталось, накрыл его крышкой и прибрал пока, наложив пси-стазис. Спать не хотелось, хотя сонливость какая-то чувствовалась, но это после еды, да и местное зверьё ментальными ударами усыпить меня пыталось.

Неподалёку послышалась стрельба – несколько выстрелов из дробовиков с разных сторон. Потом метрах в пятидесяти от меня пробежала плотная группа зэков в оранжевых комбезах. Похоже, всё бросили, убегая, надо будет поискать их капсулы. Материал на катер постепенно набирается. Чтобы собрать точно такой же катер, какой я потерял у столицы империи, много капсул потребуется. Ничего, соберём.

Потому медлить я не стал, а, бегая по кругу, искал капсулы. Первую нашёл уже через полчаса, в переплетении лиан. Я бы мимо пробежал, но Виденье её показало. Судя по её состоянию, она тут уже года три. Внутри всё в труху. Хозяина капсулы я не нашёл и скелета рядом – тоже, хотя за те полчаса поисков дважды находил человеческие кости. Может, это и есть хозяин этой капсулы, поди знай. Вещи тоже отсутствовали. Но для меня главное – материал.

Я очистил капсулу, подготовил её к разделыванию и продолжил поиски. Трижды находил брошенные капсулы и один раз – с хозяином внутри. Похоже, этого мужичка так напугали местные звери, что он закрылся в капсуле и вылезать оттуда категорически не желал, лишь изредка приоткрывал люк, давал доступ воздуху. Со мной даже общаться не пожелал, грозил выстрелить. Я его вполне понимаю.

Наконец я нашёл отличную поляну. Пришлось ножом поработать и телекинезом, чтобы отодвинуть ствол рухнувшего дерева. Освободив поляну, расчистил её – катер как раз встанет. Успел ещё разобрать и перенести на поляну детали двух капсул, прежде чем стемнело. Получается, что на планету мы утром сели.

Поужинав, я закрылся в своей капсуле и вскоре уснул.

Следующие двенадцать дней я к людям не выходил, хотя, бывало, проходили неподалёку группками и редкими одиночками. Всё это время я занимался катером. К чёрту аэроскутер, он не к спеху, катер хочу. Комфорта желаю. Шесть дней из двенадцати я потратил на то, чтобы пси-силой отлить и полностью собрать силовой набор будущего катера и… да и всё на этом. Все капсулы, расположенные в пределах досягаемости, на это ушли, даже моя собственная, – ровно двенадцать штук. Хорошо ещё, что капсулы без проблем разбирались на детали, и то замучился носить.

Теперь у корпуса сложена гора барахла, это на внутреннюю отделку пойдёт, на койки и всякое разное – в общем, найдётся куда. Но на силовой набор я потратил весь металл, какой смог собрать вокруг, теперь придётся делать далёкие вылазки.

Нужны ещё шесть капсул, чтобы катер начал летать. Удивлены? А тут как раз несложно, главное, каркас собран. Три капсулы пойдут на материал для создания репульсоров, ещё одна – на создание энергокоммуникаций, пятая – на создание реактора. Химические реакторы с капсул вполне можно переработать в стержни, а у меня их много, я на пробу делал: два часа – и один стержень готов. Ну и шестая капсула пойдёт на создание мощного управляющего компа и части рубки управления.

По сути, катер ещё будет без обшивки, каркас просвечивает насквозь, но перегнать его в другое место, поближе к другим капсулам, вполне возможно. А то тяжело на себе таскать. Я, конечно, тело пси-силой укрепляю, детали по сто пятьдесят кило ношу, но перенапрягаюсь, и до добра это не доведёт.

Последние дня два не слышно выстрелов и никто не шумит. Джунгли успокоились. Похоже, те, кто выжил, ушли. А трупов осталось немало, я их видел, но в основном после того, как хищники над ними поработали.