— Насколько я знаю тебе нравятся молоденькие европейки, — рассмеялся разговаривавший и выслушав гневный ответ партнёра, продолжил, — да я пошутил Сулейман, я понял, что понравился как партнёр. Хорошо, я поинтересуюсь у сына, не хотел бы он представлять меня в Африке.

— Да, подарок для тебя уже я выслал, надеюсь сокол тебе понравится.

— Тоже рад был тебя слышать.

Отбившись, бизнесмен посмотрел на главу охраны.

— Чем Андрей так впечатлил Сулеймана, что он в полнейшем восторге от него и просит прислать его моим представителем по всей Африке.

— Боюсь, это те новости Владимир Олегович, которые вас удивят, — задумчиво ответил тот.

— Да? — изумился бизнесмен, — что сын опять отчебучил, что впечатлил самого отъявленного мерзавца, которого только можно найти в Египте.

— Никто не знает, что Андрей взял в храме, ради ограбления которого мы и наняли арабов. Он вошёл с пустыми руками и вышел с пустыми, хотя после него несколько огромных многотонных блоков в полу храма также бесследно исчезло. Арабы клянутся, что они не знают, как он это сделал.

— И это так впечатлило Сулеймана? — удивился отец парня.

— Боюсь нет, Владимир Олегович, — покачал головой глава охраны, — по информации от моих людей, пара арабов хотела припугнуть Андрея, чтобы узнать, что он взял из храма. Пообещав в противном случае сообщить об этом правительству, которое весьма негативно относится к несогласованным раскопкам или выемках ценностей, которые принадлежат государству.

— И что же он сделал? — забеспокоился за сына бизнесмен.

— Отрубил саблей им головы, а их тела велел отвести на озеро Насер и скормить водящимся там в изобилии крокодилам, — вздрогнул глава охраны оттого, что сам сказал.

Лицо бизнесмена вытянулось.

— Андрей? Мечом отрубил людям головы?

Глава охраны кивнул.

— По данным парней охраны, поскольку разговор вёлся на арабском, они даже дёрнуться не успели, как он внезапно выдернул саблю из ножен одного из арабов и ей же отрубил обоим головы. Всё в чём они поучаствовали, отвезли тела туда, где водятся крокодилы. Причём Андрей на этом настоял.

— Мда уж, ты прав, — удивлённо покачал головой бизнесмен, — эта не та новость, которую ты хочешь узнать о своём сыне.

— Это еще не всё Владимир Олегович, — глава охраны развёл руками, — Андрей тоже сделал, как и вы, подарок на день рождения Сулейману. Правда не совсем обычный. Он нашёл лучшего нелегального бальзамировщика, который препарировал для него головы убитых и выслал Сулейману их в качестве подарка на память, в дорогой коробке инкрустированной золотом, перевязанной лентой с большим бантом, окрашенной в пурпурный цвет.

— Тогда понятно, почему этот головорез в таком восторге от сына. Арабы признают над собой только силу и ничего больше, — стало понятно волнение его египетского партнёра в недавнем разговоре.

— К сожалению Владимир Олегович, это так, — качнул головой глава охраны, — всё остальное они считают за слабость, особенно у белых людей. Андрей своим необычным поступком… скажем так, их весьма впечатлил.

— Ещё бы, — мужчина покачал головой, — скажи всем, чтобы об этом случае забыли.

— Конечно Владимир Олегович, парни и сами находятся под большим впечатлением от того, кого они считали просто золотым мальчиком. Игорь, который у меня мастер ножевого боя, сказал, что не знал, что Андрей учился обращаться с саблей. Головы слетели от всего двух хорошо поставленных ударов. Это достигается только длительными тренировками.

— Да я сам не знал об этом, — сегодня похоже и правда был день удивлений, сын после своего необычного пробуждения, показывал всё новые и новые грани своего характера, которых у него раньше никогда не было. Казалось, он и правда стал совершенно другим. Более жестоким, более принципиальным и независимым. Самое странное, что если раньше Владимир Олегович хотел, чтобы он таким был, чтобы передать ему свои дела, то теперь уже не был в этом так сильно уверен.

Последние три месяца были у меня забиты делами и в Москве я показывался только набегами. Отцу было интересно, чем я занимаюсь и пришлось ему рассказать, но без особых подробностей, поскольку археология его интересовала мало, а я в основном встречался с людьми, ответственными за это направление, а также с представителями самых знаменитых акционерных домов Европы, которые при виде того, что я предлагал им на продажу, теряли волю и соглашались на все наши с юристами условия. А предложить нам им было что. Рехмир и Усерамон не стали сильно заморачиваться, а положили в нишу пола храма, вместе с Ковчегом Завета, который я не знал был настоящим или фальшивкой, кучу золотых и серебреных вещей, большинство которых было взято из пирамид командами Неси. Так что у меня на руках оказалось больше сотни предметов отличной сохранности и качества, причём такой цены, что у отца при озвучивании нашими юристами суммы, которую мы планируем за всё получить, вместе с моими золотыми и серебренными монетами, которые я также выдал за найденные в кладе, закружилась голова. История и египтология стала ему резко интересна после этого.