В поле рожь давно собрали,

Лютый холод за окном,

Ветер громко завывает,

Ставни ходят ходуном.

Говорит хозяин хмурый:

– Надо принести дрова,

Скоро будет очень зябко,

Околеем до утра.

В следующий момент налетевший порыв ветра заставил кованые флюгеры, украшающие большинство городских крыш, развернуться указателями на юг, отчего Октавио стало не по себе. Если бы кто только знал, какого труда ему стоило сохранить спокойствие и продолжить повествование. Хорошо хоть носатая кукла больше не пищала, сконцентрировав все свое внимание на клавесине, будто взаправду вознамерилась извлечь из него звуки.

Отвечает в страхе егерь:

– В небе полная луна.

Знать, сегодня можно встретить

За порогом шатуна.

Разорвет он нас на части,

Не оставит ничего,

Ни хребта, ни селезенки,

Перемелет прямо все.

– Вот же трус! – раздался чей-то негодующий возглас. – Разве егерь должен бояться хищных животных?

– Просто бедняга не вооружен охотничьим мушкетом, – уточнил сосед горлопана, – поэтому и боится покидать дом.

– Да-да-да! – воскликнул отче,

Шляпу натянув на лоб.

– Прошлым летом два служивых

Угодили прямо в гроб.

Шли они вдоль переулка,

На часовню набрели,

А под утро у забора

Только кости их нашли.

– Ха-ха-ха! – дружно засмеялись зрители. – И священник туда же! А где напутствие для более смелых членов паствы?

– Два сапога пара! – прокомментировал пухлый мальчуган, с упоением облизывая расплывшегося карамельного поросенка.

– Хрю-хрю! – нарушила молчание носатая кукла.

"Закрой рот! – рявкнул про себя Октавио. – Твои шуточки неуместны!"

Не поверил людям конюх:

– Ваши речи ерунда!

Шатуны в лесах гуляют.

За порогом лишь листва.

Там лишь куры страх наводят.

Раскудахтались, поди!

Или битву затевают

Забияки-индюки!

– Настоящий храбрец! – пришли к общему выводу зрители.

– Таким прямая дорога в наши сплоченные ряды! – выкрикнули стражники, одновременно сжав правые ладони в кулак, что означало боевое содружество.

– Тогда кто скребет снаружи?

Ужас селит в наши души?
–

Задает вопрос тапер,

Устремив свой взгляд во двор.

– Кто в грязи оставил след,

Словно дьявола портрет?

Кто поднял ужасный шум?

Боже правый, здесь шатун!

И снова Октавио пришлось почувствовать себя неуютно, потому что клавесин, внутри которого не было ни одной струны, способной завибрировать, внезапно заиграл траурный марш. Причем носатая кукла даже не соизволила дотронуться до клавиш, решив воспользоваться колдовскими чарами, за что была мигом низвергнута вниз, дабы случайно не травмировать психику детей, занимающих первый ряд.

Взяв аккорд диез минор,

В погреб убежал тапер.

Ну а конюх, как упрямец,

На себя направил палец.

– Если надо, я пойду!

Дайте только кочергу.

Вдруг там вместо шатуна

Росомаха ждет меня.

– Иди, конечно! – поддержали храбреца стражники. – И не забудь прихватить с собой посох. Будет чем обороняться от свирепого хищника.

– Да-да! Задай ему хорошую трепку, – топнул кто-то в сердцах ногой. – Пусть знает, на кого посмел поднять лапу.

– Вот же лжец! – напрягся егерь,

Разве можно тебе верить?

Ты же спрячешься в амбаре

На высоком сеновале!

Где и сухо, и тепло,

Где коровы спят давно.

Нет, приятель, тут сиди!