Когда они приблизились, из шахты лифта напротив двери вынырнул худощавый мужчина с чёрной сумкой, пересёк коридор и вошёл внутрь. Они протиснулись внутрь вслед за ним.

Супруги оказались в маленькой комнате, разделённой надвое высокой латунной решёткой. Перед ней у стены стояла длинная скамья, как будто взятая прямиком из зала ожидания старинной железнодорожной станции. В решётке было маленькое окошко, за которым, облокотившись на стойку, стоял ленивого вида кареглазый юноша. За ним находился большой сверкающий механизм, наполовину скрытый латунью. Небольшая дверца открывала доступ к аппарату для тех, кто находился перед решёткой.

Худой мужчина в чёрном, в котором Эрик теперь узнал выдающегося французского кардиолога, прыгал перед окошком, отчаянно размахивая своей сумкой и крича что-то сонному молодому человеку.

— Чудак-человек! Я тебе правду говорю! Мне очень срочно нужно ехать. У меня в Париже пациент, который находится в самом тяжёлом состоянии!

— Попридержите коней, мистер. У нас в машине клиент. Русский дипломат из Москвы с перемещением в Рио-де-Жанейро…. Двести семьдесят долларов и восемьдесят центов, пожалуйста…. Следующая ваша очередь. Помните, что это всего лишь экспериментальная программа. Регулярные установки заработают по всему миру через год…. Теперь готово. Заходите.

Юноша взял деньги, нажал кнопку. Дверь в решётке распахнулась, и через неё проскочил взбешённый врач.

— Ложитесь на кристалл лицом вверх, — приказал молодой человек. — Руки по швам, не дышать. Готово!

Он повозился со своими циферблатами и переключателями и нажал другую кнопку.

— Привет, Эрик, старина! — воскликнул он. — Это та леди, о которой ты мне рассказывал? Поздравляю! — На панели перед ним зазвенел колокольчик. — Минутку. Меня вызывают.

Он снова ткнул в кнопку на панели. На секунду зажглись маленькие лампочки. Юноша повернулся к полускрытому аппарату и вежливо произнёс:

— Хорошо, мадам. Выходите. Надеюсь, вам понравился перелёт.

— Но моя Вайолет! Моя драгоценная Вайолет! — раздался из аппарата пронзительный женский голос. — Сэр, что вы сделали с моей дорогой Вайолет?

— Уверен, что не знаю, мадам. Вы потеряли свою вуалетку?

— Не надо дерзить, сэр! Мне нужна моя собака.

— Ах, собака. Должно быть, спрыгнула с кристалла. Мы можем отправить её за триста…

— Молодой человек, если моей Вайолет причинят какой-либо вред, я… я… я обращусь в Общество защиты животных!

— Очень хорошо, мадам. Мы понимаем вашу обеспокоенность.

Дверь снова распахнулась. Из двери, через которую совсем недавно исчез взбешённый французский доктор, выплыла толстая, сердито пыхтящая, женщина, обладательница раскрасневшегося лица и переливающейся искусственными драгоценными камнями одежды. Она тяжело вперевалочку пересекла комнату и вышла в коридор. Оттуда вновь донёсся её пронзительный голос:

— Я обращусь к своему адвокату! Моя драгоценная Вайолет…

Смуглый юноша подмигнул:

— А теперь, что я могу для тебя сделать, Эрик?

— Мы хотим отправиться на Венеру, если этот ваш луч сможет нас туда доставить.

— На Венеру? Невозможно. Мне приказано использовать Экспресс только для перемещения между шестнадцатью чётко определёнными станциями в Нью-Йорке, Сан-Франциско, Токио, Лондоне, Париже…

— Глянь сюда, Чарли, — Эрик бросил осторожный взгляд в сторону двери и поднял серебряную фляжку. — Ради старых времён и ради этого…

Парень казалось оцепенел при виде блестящей фляжки. Затем одним быстрым движением он выхватил её из рук Эрика и наклонился, чтобы спрятать вожделенный предмет под приборной панелью.

— Конечно, старина. Я бы отправил тебя хоть на небеса за это, если бы ты дал мне показания микрометра, чтобы установить луч. Но говорю тебе, это опасно. У меня есть что-то вроде телевизионной приставки для фокусировки луча. Я могу включить его на Венере — я уже развлекался, наблюдая за тамошней жизнью. Ужасное место. Дикое. Я могу выбрать место на возвышенности, чтобы высадить вас. Но я не могу нести ответственность за то, что произойдёт потом.

— Простая, примитивная жизнь — это то, что мы ищем. А теперь, сколько я тебе должен…

— О, всё в порядке. По-дружески. При условии, что во фляжке именно от, что я думаю! Входите и ложитесь на хрустальный блок. Руки по швам. Не двигайтесь.

Маленькая дверь снова распахнулась, и Эрик провёл Наду внутрь. Они вошли в маленькую камеру, полностью окружённую зеркалами, огромными призмами, линзами и электронными трубками. В центре находилась плита из прозрачного хрусталя площадью восемь квадратных футов и два дюйма толщиной, под которой располагалась сложная система механизмов.