— Значит, вы и есть Варвара Константиновна Кузнецова, — парень зачем-то глянул в свою потрепанную записную книжицу. — Мать Маши Кузнецовой?

— Во всяком случае, я-то в этом не сомневаюсь. — Напряжение нарастало.

— Мам! — Машка резко развернулась. — Это следователь районного отделения. Он расследует убийство!

— Александр! — Варвара поперхнулась собственным криком.

В комнате сына послышалась возня, потом шаги по коридору. Сердце немного отпустило. Но не совсем. Сашка появился в проеме двери и недовольно уставился на мать.

— В чем дело? — строго вопросила та, боковым зрением ловя усмешку следователя. «Знал бы он Сашку получше, не ухмылялся бы так беспечно!»

— Я чо? — возмутился отпрыск. — Я вообще тут ни при чем. Милиция к Машке пришла!

— Вот как?! — еще раз удивилась Варвара и повернулась к дочери. — Этот визит не связан с твоим новым ухажером?

— Я свободен? — вопросил Сашка, уже направляясь восвояси.

— Вполне, — отпустила его мать и снова обратилась к Маняше: — Так объясните же мне, наконец! Долго еще мучить будете?!

— Ой, ну кто-то пристукнул нашего физика. Он там валялся сутки, никому не мешал. А потом понаехало милиции, такое шоу устроили, словно не физика грохнули, а премьер-министра.

— Сколько можно повторять: физик тоже человек! — Варвара осеклась, покосилась на следователя и покраснела — нормальному представителю закона подобные разговоры могли показаться странными. Но этот только ухмылялся. Похоже, вся сцена просто забавляла его.

— Ну, человек, человек… — нехотя согласилась дочь, — только очень противный.

— Слушай, ведь следователь бог весть что о нашей семейке подумает, — в подтверждение своих слов Варвара толкнула ее в бок. — На нас посмотреть, так всю троицу уже сажать пора!

— Лейтенант Сулейко, — сконфуженно представился следователь и, подавив удушливую волну неловкости, продолжил: — Вот это и есть счастье материнства?

— Ну что вы! — умилилась Варвара. — Если хотите вкусить настоящего счастья, потолкайтесь у нас денек-другой.

— Поверю на слово, — чересчур быстро согласился следователь и перевел разговор на другую тему, заявив: — Ну, мы с Марией уже обо всем потолковали…

— О чем это вы тут без меня потолковали? — живо поинтересовалась Варвара.

— Я сказала, что ничего об убийстве не знаю, — в доказательство Маняша даже пожала плечами.

— А о самом физике?

— А что может сказать о преподавателе его не слишком прилежная ученица. При всем уважении к покойному — гад он был редкостный и зануда к тому же!

— Мария! — Мать снова покраснела. До корней волос.

— Вы не представляете, двадцать человек опросил — и везде один и тот же ответ, — грустно посетовал следователь.

— Ну, почему же не представляю. Они все одинаково относятся к физике. Тем более что класс гуманитарный. Неужели вы на самом деле думаете, что убийство — дело рук учеников? — От столь нелепого предположения у Варвары даже мурашки по спине побежали.

Следователь погрустнел еще больше и тихо изрек:

— Лет десять назад такое не могло бы даже прийти в голову. А теперь кто их разберет. Я нашу молодежь не понимаю.

— Да вам и самому-то тридцати еще нет! — усмехнулась Маняша и зыркнула на парня с таким неприкрытым кокетством, что у Варвары сдавило грудь.

Со следователем, похоже, произошло то же самое. Во всяком случае, он смущенно хмыкнул, уставился взором в чашку с недопитым чаем и после ужасно долгой паузы ответил:

— Ну… да… мне почти тридцать. Будет через два года. Только я все равно уже поколение «Ласт», пепси не пью и все такое…

— Если вы поколение «Ласт», то я кто? Старая перечница? — возмутилась Варвара.

— Что-то в этом роде, — нагло заявила доченька и, получив очередной тычок от матери, встала из-за стола. — Я пошла.

— Это куда на ночь глядя?

— Гулять. И почему на ночь глядя? Всего-то девятый час.

Она выплыла из кухни, провожаемая осуждением сразу двух пар взрослых глаз.

— Ты уроки выучила? — Варвара понятия не имела, как еще остановить это неумолимое шествие к входной двери.

— Ага… — расслабленно ответила Маняша.

— А физику… тьфу ты! Ладно, чтоб в десять была дома!

— Ага. — Дверь захлопнулась.

Варвара растерянно покосилась на следователя:

— И как ей удается так молниеносно одеваться? Всегда этому удивляюсь. У вас дети есть?