Просто чудо!

Я радостно засмеялась и принялась за работу. Мои руки вязали, перебирали и перекидывали петельки: петелька за петелькой, накид, переворот, а мысли свободно парили, оттачивая все нюансы моего плана Мести. Да, да, именно так, с большой буквы.

Следующую стыковку я ждала уже вполне спокойно (хотя если быть совсем честной, спокойной я была, потому что Палюля Рамирович сообщил, что его крест третий после него). То есть эта и ещё одна стыковки для меня безопасные. Плюс есть небольшое время для обдумывания моего плана. Шанс у меня будет только один и ошибиться нельзя.

Я была в штанах и в грубом платье-рубахе, некрасивом на вид, но зато оно было плотное и закрытое. Волосы я торопливо убрала в пучок (они уже немного отросли и в небольшой хвостик я связать их вполне могла, пусть будет пока хоть так).

Всё, вид у меня такой, как нужно.

Я взяла в руки носки (успела связать до стыковки!) и банку с сухарями и пошла к люку.

Когда пристыковался другой крест и люк поехал вверх, моему взору явился обычный дядька, весь какой-то блёклый и зачуханный на вид. Он представился Сергеем Сергеевичем, но можно называть его и Агрономом.

– Вы и вправду агроном? – представившись в ответ, заинтересовалась я, ведь у меня столько вопросов по выращиванию моих деревцев.

– Нет, – как-то тускло улыбнулся он, – просто я, когда попал сюда, у меня была целая коробка семян – тёще в деревню прикупил. Так и попал. С одной только коробкой. Потом мне такую кличку уже тут дали. Здесь всем клички дают. Как собакам.

– Так они у вас есть?

– Кто?

– Семена…

– Да нет, уже ничего почти не осталось, – отмахнулся он, – я же в этом совсем не разбираюсь. Часть поел, укроп и петрушку, на пример, а остальное где-то повыбрасывал, или затерялось среди хлама.

– А вы можете глянуть, может, хоть что-то осталось? – попросила я, – мне любые подойдут.

– Сейчас. – Кивнул Сергей Сергеевич и исчез из поля зрения.

Я стояла и мёрзла. Агронома всё не было. Время неумолимо заканчивалось. Наконец, он появился:

– Вот, – протянул на ладони несколько семечек он. – Всё, что осталось. Только не спрашивайте, что это, я уже не помню. Я ведь здесь давно сижу, уже восемь лет исполнилось.

– На что вы хотите поменяться? – спросила я.

– Да что тут меняться, – хмыкнул он, – за пяток зёрнышек? Не смешите меня. А вот еду я бы взял. На обмен, конечно же. Понимаете, я так морально устал от всего этого и не всегда вовремя стал дёргать за рычаг. С едой поэтому у меня перебои.

– Вот. Возьмите – я протянула ему закрытую банку сухарей.

– Ого! – радостно и уважительно сказал он, – впечатляет. А вы что хотите за это?

– Ничего, – сказала я, – вы мне семена просто так дали. Вот и я вам просто так даю.

– Да нет! – он всё никак не мог поверить, – это же целое богатство! А вы просто так! Нет. Нельзя так!

– Можно, можно, – усмехнулась я и спросила, глядя на замерцавшую лампочку, – а у вас нитки или ткань есть? Я бы на носки сменяла.

– Носки? – неверяще-радостно уставился на меня Агроном, – О! Носки! Носки мне надо! Здесь это дефицит.

– Меняю на ткань или на нитки.

– Сейчас! – крикнул Сергей Сергеевич и исчез.

Я беспокойно смотрела на лампочку. Осталось уже меньше минуты. Жаль, если не успеет. До следующей стыковки с ним долго ждать.

Успел.

– Вот! Мне в руки упал какой-то ворох тряпок. Рассматривать было некогда. Я метнула вязанные шерстяные носки Сергею Сергеевичу и в этот миг люк с грохотом закрылся. Лязгнул чужой крест, мой немного мотнуло и дальше полёт выровнялся.

Не продешевила ли я?

После «свидания» я отправилась к себе, не забыв вовремя дёрнуть рычаг. Информации для размышлений было более, чем достаточно. Во-первых, семена. Я аккуратно разложила их на тетрадке. Обложка была тёмная и они хорошо выделялись на тёмном фоне.

Я внимательно всё рассмотрела. Всего их было восемь. Сергей Сергеевич ошибся на целых три. Восемь бесценных пришельцев из моей родины. Да, я не знала, сохранилась ли у них всхожесть. Помню, в колхозе нам что-то об этом говорили. Но в любом случае, я проверить смогу только опытным путём.

Итак, первое, что я сделала, это бережно положила их на тряпочку и отнесла в самый дальний и холодный угол. Когда-то я переводила одному профессору монографию (подработка у меня такая иногда была) на немецкий. Там что-то про сельское хозяйство было. Я уже всё не помню, но точно что-то было о стратифицированных семенах, я потому и помню, что с переводом тогда намучилась. Их вроде как сперва помещают в холод (я не знаю зачем), тогда они вроде как лучше прорастают.

В углу, благодаря постоянно работающей трубе, было тоже не так уж и холодно: не жарко, но и не морозильник, как в тот день, когда я только сюда попала. Поэтому я не боялась, что семена перемёрзнут.