Камерон протянул руку к звонку, чтобы вызвать секретаря, потом решил, что его агент в городе сможет обо всем позаботиться. Почему-то ему не хотелось, чтобы Дюмон знал, какие планы для Розы он строит. Можно написать письмо с помощью саламандры… Впрочем, нет: есть лучший способ.

Он потянулся к телеграфному аппарату и начал выстукивать распоряжения своему агенту в главном офисе.

«Приготовьте для нее апартаменты… Предупредите слуг… Договоритесь с окулистом… Купите билеты в театры… — Да, девушка ведь не ориентируется в городе. Камерон добавил еще один пункт:

— Пусть Снайдер наймет экипаж с опытным возницей».

Может быть, Розе и понравится ездить по канатной дороге, но нужно предупредить ее, чтобы в любую поездку она брала с собой Снайдера или горничную, а после наступления темноты пользовалась только экипажем.

К тому времени, когда Камерон закончил перечень, он чувствовал себя добрым дядюшкой, позаботившимся о приятных каникулах для племянницы. Ему не терпелось увидеть реакцию Розы немедленно; он решил, что не станет ждать до вечера.

Камерон придвинул к себе переговорную трубку и откашлялся. Да, нужно не забыть: разговаривать нужно так, словно он не знает, у себя ли девушка.

— Э-э… Роза! Вы случайно не в своей комнате?

Она подняла голову при первом звуке его голоса и с виноватым видом поспешно опустила ноги на пол. Положив книгу, она подошла к столу, где находилась переговорная трубка.

— Ясон? Да, погода оказалась не такой приятной, как я рассчитывала, так что я осталась дома. Чем могу быть полезна?

— На самом деле, — пасть Ясона приоткрылась в улыбке, — скорее я буду полезен вам. Вам предстоит очень много работать в ближайшие несколько дней, а я обещал вам поощрение за труды. Как вы посмотрите на поездку в город недели через две?

Ее лицо засветилось от удовольствия и еще какого-то чувства, которое Камерон не смог определить.

— О, это было бы чудесно! Есть некоторые вещи, о которых я не могла просить постороннего человека… — начала объяснять девушка.

«До чего же мило она краснеет!»

— Мне кажется, что вы помогали мне очень трудолюбиво и заслужили возможность развлечься, о которой я раньше вам говорил. — Телеграфный аппарат начал отстукивать ответ на его послание, и Камерон с обычной легкостью расшифровал точки и тире. — В пятницу в Опере дают «Джоконду», в субботу в театре «Колумбия» — «Детей в стране игрушек». Если пожелаете, в субботу также можно пойти на шекспировскую драму с этим кривлякой Барримором в главной роли. Насколько я знаю, вы носите очки… — Роза смущенно поправила очки на носу. — …И я подумал, что, поскольку вам приходится так много для меня читать, было бы хорошо, если бы вы побывали у моего окулиста и удостоверились, что стекла вам подобраны правильно.

Роза открыла рот, словно собираясь возразить, потом передумала.

«Умница. Вы же знаете, что очки вам нужны, так что, по поговорке, не смотрите в зубы дареному коню».

— В таком визите, если со стеклами все в порядке, вреда не будет, но при чтении вы иногда запинаетесь, и я хочу быть уверен, что вам не приходится слишком напрягать глаза, — продолжал Камерон. — Я слишком заинтересован в вашей помощи, чтобы рисковать. Так или иначе, вы сможете остановиться в моем городском доме, я распорядился, чтобы вам наняли экипаж, и вы сможете заняться покупками.

— Спасибо, Ясон, — горячо поблагодарила его Роза. — Все это… гораздо больше того, на что я могла бы рассчитывать. — Ее щеки горели от радости, глаза за стеклами очков блестели.

Камерон еще больше почувствовал себя добрым дядюшкой.

— Что вы предпочтете — Барримора или оперетту? — спросил он. — Я поручу своему агенту позаботиться о билетах. Лицо Розы озарила лукавая улыбка.

— Наверное, я должна была бы сказать: Барримора, но должна признаться, что я… ох, мне так стыдно! — я обожаю Виктора Герберта. Его музыкальные комедии — как конфеты: очень сладкие, вероятно, вредные для организма, но такие приятные!

— Да и какое развлечение больше подходит к кануну Рождества, чем «Дети в стране игрушек», — рассмеялся Камерон и отпечатал соответствующее распоряжение. — Иногда лишняя сладость — как раз то, что нужно. Должен сказать, что я не разделяю общее мнение о Джоне Барриморе. По-моему, Шекспир — не лучший для него выбор. Он слишком рассеян для Оберона, слишком громогласен для Гамлета, слишком поверхностен для Макбета, слишком бесчувствен для Отелло, слишком молод для Лира и слишком стар для Ромео.

— А как насчет принца Хэла? — мягко поинтересовалась Роза.

Камерон фыркнул.

— Только пьяница Хэл, задушевный друг Фальстафа, и остается. Вот подождите, пока Барримор появится в более подходящей для него роли: тогда очень советую вам посмотреть на него. — Камерон накрыл крышкой телеграфный аппарат. — Ну вот, это все, о чем я хотел вам сообщить. Вы готовы начать чтение в обычное время? Или хотите мне что-нибудь сказать?

«Так! Если она собирается выдать мне Дюмона, возможность ей предоставлена».