…Коммы ожили в два пятьдесят три ночи. Все до единого. Экземпляры Вали и Ларса «забились в истерике», то есть, провибрировав ровно две секунды, сделали секундную паузу и повторили этот цикл еще пять раз. Дабы с гарантией привлечь внимание хозяев. Ну, а мой и Валентины Алексеевны, прошитые на прием сообщений самого высокого приоритета, вели себя куда скромнее. Тем не менее, я полез не в информационный канал СПТ, а в армейский, для высшего командного состава спецподразделений, армии, авиации и флота.

Прочитанное не обрадовало: к Великому Новгороду приближались две французские крылатые ракеты «Лаваль», каким-то чудом преодолевшие сито внешних кругов Имперской системы ПВО. Шли на сверхмалой высоте — в режиме огибания рельефа — со скоростью девятьсот двадцать километров в час и несли почти по полтонны кассетных боеприпасов осколочно-фугасного действия, поэтому представляли собой нешуточную опасность. И пусть предыдущие шесть подобных «подарков» были сбиты столичными системами противовоздушной обороны, но седьмой раз мог закончиться не так удачно. Вот я и задергался. В смысле, метнулся к бортстрелку, поделился с ним этой информацией и попросил передать ее пилотам. А потом перебрался к правому заднему иллюминатору и прикипел взглядом к далекому горизонту. Вернее, к области в светящемся мареве над ночном городом в том направлении, откуда, по моим представлениям, должны были прилететь «Лавали».

Не прошло и двадцати секунд, как рядом нарисовались все остальные «пассажиры». При этом Незаменимая нахально ввинтилась под левую руку, Ларс, как самый невысокий, пролез вперед, а Валентина Алексеевна прижала голову к моему правому плечу.

Не знаю, как они, а я дал маху. В смысле, смотрел градусов на тридцать левее, чем требовалось. Поэтому зевнул момент, когда ракеты начали набор высоты перед выходом на боевой курс. Зато увидел огненные выхлопы нескольких десятков стартующих противоракет наземного

и воздушного базирования, буквально секунды две-три гипнотизировал область, к которой стремились «ближние», и радостно взвыл, когда ночное небо осветили сразу две чудовищные вспышки!

— Красавчики! — довольно выдохнула «прабабка», Валя разжала пальцы, которыми пыталась раздавить мое предплечье, а Ларс выругался по-шведски, быстренько извинился и придумал способ отвлечь нас от своего просчета — демонстративно уставился вниз, на улицу, забитую автомобилями:

— Знаете, я восхищен дисциплинированностью жителей Великого Новгорода: они остановили машины сразу после получения предупреждения, все, как один, ждут уведомления об отмене воздушной тревоги и только после этого поедут дальше!

Незаменимая насмешливо фыркнула:

— Во время первого налета остановилось то ли три, то ли четыре процента водителей. А через пару часов с банковских счетов абсолютно ВСЕХ ГЕРОЕВ списали настолько безумные штрафы, что желание рисковать жизнями других горожан исчезло даже у самых состоятельных личностей!

— У твоего деда не забалуешь… — усмехнулась Валентина Алексеевна и потрепала парня по голове.

Он едва заметно напрягся и переключил ее внимание еще на одну вроде как злободневную тему:

— Теть Валь, а вы не в курсе, как там Лешенька и его свита?

Целительница расплылась в ехиднейшей улыбке:

— Лешенька с Олежкой влипли по полной программе в первый же день службы. Им, видите ли, не понравилось жить в общей казарме, и парни сдуру попробовали «построить» командира своей роты. А он, пластун, отслуживший на османской границе тридцать с лишним лет и навидавшегося личностей не в пример страшнее пары домашних мальчиков, не испугался и показал им, по чем фунт лиха. Короче говоря, вернувшись в расположение после первого пятидесятикилометрового марш-броска в своей жизни, ребятишки были готовы заснуть хоть стоя. Но в это время прозвучала команда «Подъем», и им пришлось бежать на зарядку!

— Судя по слову «расположение», вы тоже когда-то служили, верно? — неожиданно для самого себя спросил я.

«Прабабка» поймала мой взгляд и нехотя кивнула:

— Верно.

— Год? Два? Пять? — с пулеметной скоростью протараторил Эрикссон, и женщина дала более развернутый ответ:

— Двадцать четыре. Служила бы и дальше, но была замечена Мирославой Михайловной и в какой-то момент оказалась на гражданке…

Глава 2

Часть 2

… Слепок лег на энергетику Ларса, как родной, и выправил абсолютно все ее огрехи. Тем не менее, накладывать клише новику первой ступени я не рискнул, так как понимал, что полное отсутствие какого-либо опыта работы с плетениями может сыграть со шведом дурную шутку. Поэтому выдал ему два браслета с линзами-камертонами, объяснил, как навешивать «петли» и как «глушить» ими эмоции, дал время освоиться, а потом попросил минуточку внимания: