— Я вовсе не голоден, — пробормотал он.

— Да? — поднял бровь Карстерз. — Значит, я поем попозже. Но я уверен, что вы не откажетесь от стаканчика-другого вина?

Кроу как раз собирался сделать именно это, но тут же вспомнил, что не может отказаться. Он должен быть не в состоянии отказаться! Карстерз принес из кладовой бутылку, вытащил пробку и разлил вино в два бокала.

— За вас, мистер Кроу, — объявил он. — Нет — за нас!

И, не видя никакого выхода, Кроу был вынужден поднять бокал и выпить...

Но Карстерз этим не удовольствовался. За первым бокалом последовал второй, третий и так далее, пока голова у Титуса Кроу не начала очень сильно кружиться. Только тогда он смог, извинившись, уйти, и то не раньше, чем Карстерз впихнул ему в руку то, что осталось от бутылки, мягко уговаривая прихватить ее с собой, чтобы насладиться вином перед сном.

Кроу вместо этого, разумеется выплеснул остатки вина в сад, а потом пробрался в ванную, где выпил столько воды и так быстро, что его тут же вырвало. Затем, стараясь как можно меньше шуметь, он вернулся в библиотеку и заперся в ней.

Он не думал, что у него в желудке могло остаться много вина, но его личным лекарством от любого рода излишеств был кофе. Кроу выпил целую кружку этого напитка, затем вернулся в ванну и вымылся, после чего долго обливался холодной водой. Только тогда он счел, что сделал все, чтобы противодействовать эффекту вина Карстерза.

Все это, однако, изрядно его вымотало, так что к восьми вечера он уже снова почувствовал себя вялым и сонным. Кроу решил, что пораньше ляжет, и ушел в свою нишу с «De Vermis Mysteriis». Через двадцать минут он уже клевал носом, а мысли у него начали путаться. Все же та малая часть вина, которая осталась у него в желудке, подействовала, пусть и частично, и теперь его единственная надежда была на то, что сон поможет вывести яд из организма.

Уже в полусне вернув тяжелую книгу на полку, он доковылял обратно до кровати и рухнул на нее. В таком положении, раскинувшись и лежа лицом вниз, он заснул и проспал так следующие четыре часа.

Кроу приходил в себя медленно. Постепенно в нем крепла уверенность, что к нему кто-то обращается. К тому же он страшно замерз. Потом он вспомнил, что случилось накануне, и голова заработала немного быстрее. Он чуть приоткрыл глаза, вглядываясь во мрак, и разглядел там две темные фигуры, стоящие у его кровати. Какой-то инстинкт подсказал ему, что с другой стороны должен стоять еще один заговорщик, и лишь огромным усилием воли ему удалось удержаться от того, чтобы не вскочить на ноги.

Раздался голос Карстерза, взывавший на этот раз не к Кроу, а к тем, кто стоял вокруг его кровати:

— Я боялся, что эффект вина ослабевает, но, очевидно, ошибся. Ну что ж, друзья мои, сегодня вы собрались здесь затем, чтобы засвидетельствовать мою власть над душой и телом Титуса Кроу. Разумеется, ему нельзя позволить уехать отсюда в эти выходные, ибо близится время обряда. Я не хочу, чтобы с ним что-нибудь случилось.

— И мы все тоже не хотим, Мастер, — раздался голос, который Кроу сразу узнал. — Ибо...

— Ибо тогда мне понадобится другой, да, Даррелл? Я знаю, почему ты хочешь, чтобы все прошло без сучка без задоринки. Но ты в безопасности, Даррелл! Ты — неподходящее вместилище.

— Мастер, я просто... — стал оправдываться тот.

— Тихо! — зашипел Карстерз. — Смотрите. — А потом он снова обратился к Кроу, и голос его стал низким и гулким: — Титус Кроу, ты спишь, только спишь. Тебе нечего бояться, совершенно нечего. Это всего лишь сон. Повернись на спину, Титус Кроу.

Кроу, полностью очнувшийся, осознав, что установка Гарри Таунли на сопротивление Карстерзу работает превосходно, заставил себя двигаться медленно и плавно. С полуприкрытыми глазами он развернулся, расслабился и положил голову на подушку.

— Хорошо! — выдохнул Карстерз. — Хорошо. Ты спишь, Титус Кроу, спишь и видишь сны.

— Похоже, все в порядке, — объявил Гарбетт.

— Да, все в порядке. Его число подтверждено, и он все больше подпадает под мою волю по мере того, как приближается время. Теперь посмотрим, можем ли мы сделать нечто большее, чем просто командовать бессловесными движениями. Посмотрим, можем ли мы заставить его говорить. Мистер Кроу, вы меня слышите?

Кроу с бешено колотящимся сердцем разлепил спекшиеся губы и прохрипел:

— Да, я слышу вас.

— Замечательно! Теперь я хочу, чтобы вы кое-что запомнили. Завтра вы придете ко мне и скажете, что решили остаться на выходные здесь, в поместье Бэрроуз. Ясно?

Кроу кивнул.

— Вы ведь хотите остаться, правда?

Он снова кивнул.

— Скажите мне, что вы этого хотите.

— Я хочу остаться здесь, — пробормотал Кроу. — Я хочу остаться здесь на все выходные.

— Превосходно! — восхищенно проговорил Карстерз. — Я дам вам много вина, которое поможет вам облегчить боль в горле и унять жжение в глазах.