— Может, выпить желаете? — В руках Михаила Алексеевича появился графин с тёмно-красной жидкостью. — Вишнёвая! Для аппетиту.

Настойка оказалась вкусной. И сдоба тоже. Хотя, может, просто голод разыгрался на свежем воздухе.

Мы с Егором угощались, а Михаил Григорьевич задумчиво смотрел на перчатку на моей руке. Пробормотал:

— Охотник. Надо же. Я и не слышал, что в роду Давыдовых водились охотники.

— Всё когда-нибудь бывает в первый раз.

— Тоже верно. А в моём лесу, вы говорите, колдун?

— Это не я говорю. Это кикимора сказала, а ваш отпрыск подтвердил. Кикимора издохла на моих глазах, колдун забрал у неё силы. Если я правильно понимаю, за то, что не сумела выполнить его задание и вернулась несолоно хлебавши. Не думаю, что кикимора врала — хотя бы потому, что других охотников, кроме нас, в лесу не было. Следовательно, никто другой, кроме колдуна, её убить не мог. Ну и ваш сын подтвердил, что платил он колдуну. А вы о его существовании, получается, не знали?

Дорофеев покачал головой:

— Увы.

— Колдун — умная тварь, — подал голос Егор. — Высшего уровня. Это тебе не вурдалак. Колдун — тот, кто когда-то был человеком. Всё человеческое от себя отринул, а взамен получил вечную жизнь и чёрную магию. Но разум сохранил. Некоторые, говорят, даже умнее становятся.

Я кивнул. Читал об этом в справочнике. Дорофеев тоже покивал:

— Слышал я о колдунах, да. Но вот о том, что у меня под боком этакая тварь завелась, знать не знал. Своего-то дурака, — он пренебрежительно кивнул в ту сторону, куда увели Андрея, — я уму-разуму научу. А вот с колдуном так легко не управишься. Придётся в Орден обращаться. Или… — Он посмотрел на меня. — Или не придётся?

Я пожал плечами.

— Электронную заявку оставьте, поглядим. Быстро не обещаю, но вы же понимаете, что от ваших владений до моих всего два дня пути. И мне в лесу колдун тоже не сказать, чтобы сильно нужен. Так что я в какой-то мере лицо заинтересованное.

Дорофеев аж расцвёл.

— Дай бог вам здоровья, любезный Владимир Всеволодович! Если вдруг потребуется содействие с моей стороны, к вашим услугам. Кстати. Вы ведь в наших краях недавно?

— Пять дней. Шестой пошёл.

— Стало бы, благородному собранию не представлены пока? Если будет угодно, с удовольствием отправлюсь с вами с визитами. Познакомлю со всеми нужными людьми в Поречье. Да и в Смоленске у меня связи есть. А если вам угодно, например, невесту хорошую…

— Боже упаси, — поспешно открестился я. Что ж за порядки у них тут — шагу не шагни без того, чтобы женить не начали. — Невесту — пока не актуально. А вот связи дело нужное. — Допил чай и поднялся. — Ладно. Пойдём мы, пожалуй. Вам ещё с сынишкой воспитательную беседу проводить. Не хотелось бы задерживать.

— К слову, о сынишке. — Дорофеев тоже поднялся. В руках у него неизвестно откуда появился кожаный кошель. — Ещё раз приношу глубочайшие извинения за беспокойство. Клянусь, что больше такое не повторится. — Он протянул мне кошель.

— Это что?

— Это, так сказать, компенсация. За потраченные вами время и силы. И вашу деликатность.

— Деликатность? — переспросил Егор. — А это что за зверь?

— Михаил Григорьевич просит, чтобы мы помалкивали о том, что сынулька с нечистью мутил, — перевёл я. — Ладно, уболтали. Давайте вашу компенсацию, тут всё по справедливости. Дураков учить — дело серьёзное. Трудозатратное.

Я взял кошель и сунул за пазуху.

Дорофеев улыбнулся с облегчением. Видимо, переживал, что «компенсацию» могу не принять. Провожал он нас с Егором до самых ворот.

— Кстати, — вспомнил я перед тем, как попрощаться. — А вы ведь окрестности хорошо знаете?

— Да, неплохо.

— А вам тут случайно кот не попадался?

— Кот?

— Ну да. Камышовый. Серый. Вот такой. — Я показал.

— Увы. И даже не слышал, чтобы кому-то встречался. Они ведь, если не ошибаюсь, всё больше у рек и озёр водятся?

— Не ошибаетесь… Ладно, проехали. Всего доброго, Михаил Григорьевич. Сынульке привет.

Я пожал Дорофееву руку.

Через час, когда мы с Егором добрели до Цитадели Ордена, уже светало. Но якорь сработал чётко. Знак перебросил нас прямо в башню графского дома. Надеюсь, в следующий раз, когда окажусь здесь после переброски, меня встретит не гора досок и стружки, а удобная кровать.

Деньги из кошеля я пересчитал ещё по дороге. Десять империалов. То есть, сотня серебряных рублей. Да ещё две кости с кикиморы.

Только вот родий хапнуть в этот раз не получилось. Жаль, конечно, но зато жену Данилы спасли. И полезным знакомством я обзавёлся. Дорофеев старший, в отличие от своего мудака сыночка, мужик неплохой. Настолько между ними ничего общего, что даже странно. Может, не от него?

Ладно, это не моё дело. А вот моя жизнь определённо налаживается. Завтра утром надо будет подумать, на что в первую очередь потратить деньги.