— Думаю, что мы с тобой боевые товарищи, и готов предложить свои услуги для восстановления энергетических сил. И моральной поддержки. И что там тебе ещё может понадобиться.

— Мудрено говоришь, — поморщилась Земляна. — А мы — товарищи, да. Потому я никого из вас близко к себе не подпускаю. Не дело это.

— Понял, — кивнул я. И налил ещё.

Говорить она может всё, что угодно. Может даже искренне верить в то, что говорит. В такой ситуации главное — коней не гнать. Просто подождать, пока притяжение сработает само. Включится нужная химия, и всё такое.

Кстати, вопрос — а мне-то самому оно надо? Охотница — это тебе не Маруся и не Елена Афанасьевна, нам ещё работать вместе… Ладно, разберёмся. Спешить в любом случае некуда.

— Ваше сиятельство! — в дверь постучали.

Маруся заглянула, не дожидаясь разрешения. Ну, понятное дело — интересно же, что тут. Окинула Земляну жадным взглядом и аж рот открыла. Видимо, охотник женского пола — не такое уж частое явление.

— Баня готова? — спросил я.

— Да-а… — Маруся продолжала смотреть на Земляну.

— Спасибо. Идём.

— Я провожу…

— То есть я, по-твоему, дорогу до бани не знаю? Заблужусь?

Маруся покраснела. Пробормотала:

— Извиняйте, — и захлопнула дверь.

Перед тем, как пойти, мы ещё немного выпили. Не знаю уж, что там насчёт марафона, но на спринтерской дистанции Земляна мне проигрывала. На лестнице покачнулась, я придержал её за локоть.

— Ступеньки у тебя шаткие, — объявила она.

— Угу. Тоже каждый раз, как в одно рыло графин офигачу, так думаю. Что надо бы ступеньки укрепить.

Сарказма Земляна не уловила. По этой части они тут в принципе девственные. И руку не отобрала. Так и вёл её под локоть через весь двор. Но когда мы дошли до бани и поднялись на крыльцо, Земляна строго объявила:

— Всё! Дальше за мной не ходи.

— Да я и не собирался. Одежда сменная тебе нужна?

— А ты её сам принесёшь?

В голосе Земляны внезапно прорезалась игривость.

— Горничную попрошу. Мне из башни вниз спускаться трудно.

— Почему?

— Высоты боюсь.

Земляна пренебрежительно фыркнула. После чего показала на заплечный мешок, который тащила с собой:

— Есть у меня одежда. Спать-то мне где?

— Направо по коридору, третья дверь. Считать умеешь?

— Умею. Получше тебя ещё!

С этими словами Земляна решительно дёрнула на себя дверь. Слишком сильно — та открывалась легко, и охотница покачнулась. Пришлось снова её придержать.

— И двери у тебя дурацкие! — с неудовольствием объявила Земляна.

Шагнула через порог.

В дом я возвращался довольный. Если бы задержался сейчас — своё получил бы, конечно. Но с пьяной женщиной — ну его. А с женщиной, уверяющей, что она трезвая — тем более. В другой раз как-нибудь.

* * *

Сегодня в дверь моей спальни поскреблись едва слышно. Нерешительно.

— Заходи, — позвал я. — Чего стесняешься?

Маруся скользнула в комнату и забралась ко мне под одеяло. Прижалась. Прошептала, счастливая:

— А я уж думала… Я думала…

— Что? — я обхватил её, усадил сверху.

— Думала, не нужна тебе буду.

— Это ещё почему?

— Ну… Там же охотница.

Слово прозвучало как «богиня». Чувствовалось, что перед Земляной Маруся испытывает если не благоговение, то что-то очень близкое.

— Так охотница — там. А я — здесь. Не вижу повода для беспокойства.

— А если она… Если ты…

Я вздохнул.

— Так. Мария… Как тебе по батюшке?

— Гавриловна.

— Мария Гавриловна! Давай-ка мы этот вопрос закроем раз и навсегда. Предупреждаю: женщины в моей жизни присутствовать будут. В количестве. Я двадцать лет за печкой провалялся, мне необходимо закрыть этот безнадежно просранный период. Ну и в целом склад моего ума, а также характер и профессия моногамии не предполагают. Но. Присутствие в моей жизни других женщин никак не повлияет на наши с тобой отношения. Это другое. Окей?

— Чего? — помолчав, спросила Маруся.

Я притянул её к себе. Поцеловал. Переместил так, чтобы всё стало предельно ясно.

— Теперь понятно?

— Да-а…

— Ну, слава тебе господи.

В эту ночь счастливая Маруся наслаждалась своим счастьем довольно громко. Но, видимо, всё же недостаточно. Дверь в спальню распахнули в самый пикантный момент.

Фигура в длинной белой рубашке, шагнувшая в комнату, застыла на пороге.

— Хочешь присоединиться? — спросил у Земляны я.