– Лютик, встань на фишку со стороны леса. Через два часа тебя Маяк сменит. Дон, ты на южный гребень. Потом Камыш.

– Я могу, - сказал Блэк.
– Сейчас передрём, наверное? Пусть отдыхают. Айбас?

– Да, я Лютика сменю. Всё равно мы раньше и дальше заметим, если что-то опасное будет.

Майор думал недолго и согласился. После ночного перехода народ начнёт вот-вот вырубать, какими бы двужильными они не были. Наверняка в заначке есть какая-нибудь особая химия, но лучше приберечь её для такого же особого случая. Сандра тем временем нахозяйничала этакий мини-лагерь внутри лагеря, и мы тоже завалились отдохнуть. Меня неожиданно срубило, и глаза я продрал когда уже стало холодать - днём солнце ещё немного пригревало. Вот это да!

– У нас сын полка появился?
– спросил я майора, когда разглядел человеческого детёныша, закутанного в термоодеяло поверх целого кокона из тряпья. Рядом сидела Терви и пыталась растормошить найдёныша с помощью Чебурашки. Элен как раз закончила изучать показания автодока.

– Дочь, - усмехнулся Мамонт.
– Нашли в подвале. Лет двенадцать-тринадцать. Сколько просидела, сказать трудно.

– Больше двух недель, судя по общему состоянию. Истощения не случилось, еда там была. Но постоянный холод, малоподвижность, затяжной шок своё дело сделали, да...

– Ну что, идём?
– майор закончил проверять автомат. Белый и Айбас тоже были готовы.
– Вы как?

– Да сами справитесь. Вон туда, - я показал направление, - километра два с половиной. Лощина за северной окраиной.

– Ага, не заблудимся, - кивнул Мамонт.

Пока они ходили, Терви сумела разговорить девочку. Её звали Аделис. Когда на город напали, она успела спрятаться в хорошо знакомом погребе с небольшой каморкой, где и просидела всё это время. Дома обыскивали, но её не нашли - дверь в каморку была обшита шкурой, в полумраке неотличимой от буро-коричневого камня стен. Она уверяла, что видела, как кто-то ещё убежал в лес, но что случилось дальше, не знает. Потом Сандра и Терви убедили её пойти умыться.

Негромко крякнула рация на плече Камыша, который остался за старшего.

– Двоих нам навстречу. Нужна помощь.

– Я тоже пойду, - сказала Элен.
– Наверняка Белый не удержал нагрузку.

– Отдыхайте, - я встал с подстилки.
– Мы и сбегаем.

Начинающиеся сумерки нам не мешали. Через несколько минут впереди показались Мамонт и Айбас. Псайкер висел у них на плечах и выглядел потерянно. Автодок выдал целую трель.

– Беда, - выдохнул Айбас.
– Не удержался. Похоже на инсульт.

– Вижу. Не совсем, но что-то вроде. Пусть полежит минут десять, - Элен покачала головой, глядя на экранчик.
– По-хорошему, его надо в госпиталь. И месяц исключить любую активность как псайкера. Иначе никаких гарантий, - она покрутил пальцем менюшки и снова приложила прибор к запястью Белого. Защёлкали инъекторы.

– Что там было?

– Там была жопа, - Айбас развёл руками.
– Конвейерное жертвоприношение. Ацтеки обзавидовались бы. Всё произошло две-три недели назад, точнее не скажу. Остаточные явления почти рассеялись, их и было-то мало. Если так можно сказать, КПД больше девяноста пяти процентов.

– И куда всё пошло?

Айбас хмыкнул.

– Всё осталось здесь, - он повёл руками.
– В смысле, не ушло в какие-нибудь эмпиреи. Так что получатель, или получатели, где-то неподалёку.

– Ты сможешь поддержать его до эвакуации с помощью этой штуки?
– Мамонт кивнул на автодок.

– Конечно. Главное было успеть первичный отёк, чтобы мозг не повредился. Сейчас полежит, пока вся последовательность подействует, и в целом будет порядок. Всё равно щадящий режим мы тут не обеспечим, - вздохнула Элен.
– Ну и он крепкий на голову сам по себе.

– Такие как он другими не бывают. Из тех, кто приходит на курсы армейских псайкеров, отсев восемь человек из десяти за три месяца из четырёх. Разные способности у многих пооткрывались, но не все кукуху удержали, - пояснил майор.
– Чувство всемогущества крышу рвёт основательно. Так что псайкер это прежде всего дисциплина сознания. В ряды потом из оставшихся двух попадает только кто-то один, второго обычно списывают на гражданскую службу.

– Проклятье...
– Белый очнулся, закашлялся и попытался было сесть, но мы с Айбасом схватили его за плечи.

– Ещё пять минут, - нависла над ним Элен и выразительно покачала пальцем.
– Иначе у тебя мозги через уши вытекут, и это не фигура речи. Но если пришёл в себя, интересно было бы услышать, что ты там увидел и понял.

Белый покосился на непосредственного командира. Мамонт кивнул.

– Жителей после прочёсывания согнали туда, к лощине. И всех чередой пустили под нож, без различия на пол и возраст. Потом... я даже не знаю, как это описать. Ощущение этакого водоворота огромной силы. Только случайные брызги в стороны полетели. Всё втянулось в бездонную воронку, а меня как будто ударной волной приложило. Такова память места.