– Ты скажи мне, друг мой ситный, ты ведь не успел со вчерашнего дня с невинностью расстаться? – Кадыкин насмешливо взглянул в сашкины глаза, не сомневаясь в его ответе.

– Н-нет… А что?

– Да ничего… Понимаешь, девственность, в некоторых случаях, тоже обладает ценностью.

– В каких еще случаях? – заволновался Сашка. Несмотря на достижение нового уровня искренности в отношениях с другом, тема невинности, затрагиваемая последним, его заметно нервировала.

– В некоторых… Например, в старину мужчине было важно взять в жены девственницу. Или, например…

– Какая, нахрен, старина?.. Какое отношение это имеет ко мне?

– Самое прямое, – Гоголь включил планшет и начал листать страницы, – сейчас, погоди… Только, если тебе что не понравится, чур не обижаться и не драться… Хорошо?

– Эээммм… Ну, ладно…

– Смотри.

Гоголь протянул Сашке планшет. На весь экран была открыта фотография, сделанная непрофессионально и явно в домашних условиях, однако достаточно качественная, чтобы можно было всё хорошо разглядеть. На ней была изображена миловидная блондинка лет сорока, сидящая на кожанном диване с бокалом красного вина в руке. Голубое ситцевое платье тесно облегало её пышную фигуру, особенно выгодно подчеркивая большую красивую грудь. Чувственные полные губы были чуть приоткрыты, позволяя разглядеть здоровую белизну зубов. Женщина чем-то неуловимо напоминала американскую порно-актрису Чарли Чейз, на которую пару раз дрочил Сашка. Разве что в менее гламурном варианте.

– Нравится?

– Ничё так милфа… А что? – Сашка вернул Гоголю планшет.

– Вдул бы такой?

– Глупый вопрос… А ты бы не вдул?

– Я уже вдул. Поэтому и спрашиваю тебя.

– Да ладно! Ты её трахнул?! Каким образом? Ей же лет сорок, не меньше, – Сашка аж присвистнул, то ли от удивления, то ли от восторга.

– Сорок три… А какая разница, сколько ей? Ебаться все хотят…

– Пизде-ец, – уважительно протянул Сашка, – вот, ты – красавчик…

– Нет, – неожиданно отрезал Кадыкин.

– Что нет?

– Может, я и красавчик, но в том, что я её трахнул, особо моей заслуги нет. Просто случай подвернулся…

– Какой еще случай?..

– Тот же, что и тебе сейчас.

– То есть?..

Гоголь снова сделал несколько легких движений рукой, отыскивая что-то на планшете и опять протянул его Сашке.

– Вот… Знакомься. Это Анатолий Витальевич, её муж.

С фотографии на Сашку смотрел мужчина лет за пятьдесят, с пивным животиком, рыхлым телосложением и редкими седыми прядями на голове. Одет он был в темно-серый костюм-тройку, явно где-то в глубине складок скрывающий ярлычок какого-то известного бренда.

– Ээээ…

– Дело в том, что Анатолий Витальевич имеет одно очень необычное сексуальное пристрастие. Или даже страсть, если так можно выразиться… Его дико возбуждает, когда его любимую женушку ебут молодые парни…

Дождавшись, когда вытаращенные глаза Сашки станут похожи на блюдца из кофейного сервиза, Гоголь продолжил: