Жалко плюнуть нельзя. Ни в рожу ему, ни в чай…

– Я ушла, - объявила я с облегчением охраннику, выходя из кафе через десять минут через вход для персонала.

Глядя в телефон, где открыла приложение, чтобы отследить свой автобус, я обошла кафе и двинулась в сторону остановки.

Запах сигаретного дыма, коснувшийся носа, заставил желудок скрутиться в тугой узел. На лбу выступила испарина, когда я, оторвав взгляд от экрана мобильника, увидела напротив кафе Серёжу, стоящего у своей машины с сигаретой, зажатой в губах. Он смотрел на дверь главного входа кафе, где охранник уже гасил свет, и чего-то ждал.

Первым самым очевидным моим порывом было – рвануть к нему, броситься на шею и простоять так в обнимку неделю-две. Но я сдержала себя, твёрдо помня о том, на что пошла, чтобы никогда не оказаться близко к нему.

Поэтому, снова опустив взгляд в экран телефона, но совершенно не различая, что там написано, я пошла дальше, сжимаясь до состояния песчинки, которую невозможно будет заметить даже при желании.

Сердце барабанило, как сумасшедшее. Я прижимала к груди ладонь и почти не дышала, словно боясь, что среди шума машин Серёжа сможет его услышать и распознать.

Ещё три шага, и я окажусь за углом ближайшего здания в безопасности и вне зоны видимости Серёжи.

Ещё два шага, и я смогу отдышаться, прижавшись к стене, чтобы не рухнуть на грязный холодный асфальт.

Ещё шаг, и…

Жесткие пальцы сомкнулись на запястье, потянули назад и впечатали мою спину в здание не с той стороны, где я планировала спрятаться и отдышаться. Прятки уже бессмысленны.

Лёгкие мгновенно заполнило знакомым запахом парфюма, сигарет и, кажется, алкоголя. Глаза машинально закрылись, стоило Серёжиному колючему подбородку коснуться моего лба, когда я опускала голову.

– Ты меня обманула?

– Не надо. Пожалуйста, - выдохнула я, пытаясь удержать слёзы.

Заведя руки за спину, я сжала пальцы в кулаки, до боли впиваясь ногтями в ладони.

– Скажи мне правду, Арина.

– Ты всё видел. Мне больше нечего добавить.

– Арина, - хрипло потребовал Серёжа, путаясь дыханием в моих волосах.

– Я… - осеклась и замолчала.

Серёжины пальцы уверенным движением подцепила мой подбородок и заставили поднять голову, но не открыть глаза.

– Расскажи мне.

– Что рассказать? – не выдержала я. Резко распахнула глаза и заглянула в серые глаза напротив. – Что ты хочешь услышать?! Что я люблю тебя и ненавижу себя за это? Что я проклинаю тот день, когда села в твою машину? Что я виновата во всём, что между нами случилось? Что я проклинаю тебя за то, что ты женат?... Что именно тебе рассказать, Серёж?

– Правду, Арина. Расскажи мне правду.

– Я ничего не хочу тебе рассказывать, - я дёрнула головой, убрав его пальцы с подбородка. Оттолкнула от себя Серёжу и широкими шагами пошла в сторону остановки, спешно отирая щеки от дорожек слёз.

– Я развёлся, - прилетело мне в спину.

Я застыла словно вкопанная. Не веря своим ушам, повернулась на месте и посмотрела на Серёжу, который оставался на том же месте, где я его оставила.

– Что… ты сделал?

– Ты слышала.

– Зачем? Ты не должен был?

– Да. Не должен был, - невесело хохотнул Серёжа. – Не должен был испытывать к тебе что-либо. Не должен был приезжать к тебе, будучи женатым. Трахаться с тобой я тоже не должен был. Не должен был сходить с ума от ревности… Но я всё это сделал. И, знаешь, не жалею. Пожалею, если ты действительно та, какой я тебя видел у подъезда. Ты та? Скажи мне правду, Арина.

Стиснув зубы и, шумно вдохнув, я взглянула на черное вечернее небо и вновь посмотрела на Серёжу.

– Я просто хотела исправить нашу ошибку, - произнесла я тихо. – И не хотела, чтобы тебе было плохо без твоего сына.

– И поэтому решила сделать плохо другому моему ребенку?
– Серёжа лишь на мгновение опустил взгляд на мой живот, но мне показалось, что я ощутила его теплое прикосновение под курткой. – Тебе не кажется это двуличием?

– Мне кажется, что я поступаю так, как считаю нужным. Меня никто не учил, как правильно. Поэтому я делаю так, как умею.

– Ты пытаешься от меня защититься? Сейчас?

– Я не знаю, - слёзы вновь покатились по щекам, и я опустила голову, чтобы спрятать их. – Я не знаю, что я пытаюсь сделать. Я просто хочу добраться домой, закрыться, и чтобы меня никто не трогал.

– Даже я? – спросил Серёжа, подойдя ко мне и вновь поднимая мой голову так, чтобы видеть мои глаза.

– Ты – тем более. Я боюсь того, что я к тебе испытываю.

– И что ты ко мне испытываешь?

Ему весело?

– А ты не догадываешься? – заглянула я в его глаза.