— Мне все равно, поверишь ты мне или не поверишь. Но я хочу знать, солгал ли Пирс, когда сказал, что земля значит для тебя больше, чем я, твоя собственная жена. Так это правда? Ты говорил это?

— Да, говорил, — ответил Джейрд и не стал объяснять, как было дело.

Наступило тягостное молчание. Коринна почувствовала себя опустошенной. Она так надеялась услышать «нет»! Она была уверена, что Пирс солгал. Она думала, что дорога Джейрду, но оказалось, что это не так.

— Ну что ж, все ясно, — сказала Коринна холодным ровным тоном, — говорить больше не о чем. Я думаю, ты сможешь завтра нанять кого-нибудь, чтобы нас отвезли в город.

Джейрд смотрел вслед уходящей жене и с трудом удерживал себя, чтобы не побежать за ней. Он слышал, как хлопнула дверь, ведущая на внутренний дворик, как радостно вскрикнула Флоренс при виде хозяйки.

Жуткая тоска охватила Джейрда, но он решил не давать волю чувствам. Его счастье было так призрачно! Вернуть его нельзя, да и не нужно.

— Джейрд, что если твоя жена говорила правду?

— Это невозможно, — резко ответил Джейрд.

— Представь себе, что она говорила правду, — не отступал Леонака, — ты понимаешь, что это значит? Она могла попросить Пирса, чтобы он ее увез, и не сделала этого, Она хотела остаться, вот и все. Ты тоже нужен ей, чурбан бесчувственный!

Джейрд не стал спорить с другом и, резко отвернувшись, зашагал вдоль берега. Леонака долго смотрел ему вслед.

Опустилась ночь. Коринна устроилась в комнате Флоренс. Женщины сидели на кровати, занятые важным, но весьма неприятным делом. Флоренс, вооружившись иголкой и йодом, вынимала занозы из ладоней хозяйки. Михаэль мирно посапывал в кроватке. Коринна первым делом покормила сына, а уже потом занялась собой. Она рассказала служанке обо всем, что произошло, и они решили, что эту ночь Коринне следует провести в комнате Флоренс, а она сама сможет переночевать в пустующей спальне Нанеки.

— Боже, это не занозы, а целые бревна, — ворчала Флоренс, — бедная моя Кори!

— Фло, перестань, и так тошно! — устало вздохнула Коринна.

Она чувствовала себя разбитой и обессиленной. Целый день у нее не было во рту ни крошки, но, когда Акела принесла ей аппетитно благоухающий обед, она даже не притронулась к нему. Мысль о еде внушала ей отвращение. Завтра же надо ехать в Гонолулу, а оттуда в Бостон, и чем скорее, тем лучше. Коринна вдруг подумала, что даже сейчас что-то удерживало ее на Островах. Хотела ли она уехать на самом деле или просто подчинялась первому порыву? Она и сама не знала ответа на этот вопрос.

— Я не могу понять Джейрда, — сердито заметила Флоренс, — неужели он не поверил тебе даже тогда, когда увидел твои руки.

— Он просто не обратил на это внимания, Фло. Да и теперь это уже ничего не значит. Он совершенно определенно дал понять, что я ему не нужна.

— Это гордость в нем говорила, Кори. На самом деле это не так, — начала было Флоренс, но на пороге с шумом появился Джейрд.

Весь вечер он провел на берегу и сумел понять только одно: он не может расстаться с Коринной.

Это выше его сил.

Первой молчание прервала Флоренс:

— Что же это такое, мистер Бёркетт? Врываетесь в мою комнату, где вам совершенно нечего делать, так вы еще и входите без стука.

— Простите, миссис Меррил, но я хотел бы переговорить с женой. Будьте любезны, оставьте нас двоих минут на десять.

— Ты никуда не пойдешь, Флоренс, — сказала Коринна, глядя мужу в лицо, — нам с Джейрдом больше не о чем говорить. Единственное, что я хочу от него услышать, это в котором часу мне надо быть готовой к отъезду.

— Кори, ты никуда не поедешь. Во всяком случае — завтра. Именно об этом я и хотел поговорить.

— То есть ты не хочешь меня отпустить? — Коринна не верила своим ушам.

— Не хочу.

— Но почему?

— Не хочу, и все. Я так сказал. — Это прозвучало совсем по-детски, да и сам Джейрд сейчас напоминал большого обиженного ребенка.

— Но почему? — не выдержав, повысила голос Флоренс.

— Никогда больше не задавайте мне этих дурацких вопросов, — громко ответил Джейрд.

Маленький Михаэль проснулся и заплакал.

— Видишь, что ты наделал, — сердито сказала Коринна и подхватила малыша на руки.

— Ты первая начала. Отдай ребенка матери и иди со мной. Нам нужно объясниться.

— Лучше вам уйти самому, мистер Бёркетт, — вмешалась Флоренс и встала между супругами, закрывая собой Коринну. — Кори сегодня будет ночевать здесь.

— Я вам уже говорил однажды, что не советую вмешиваться в наши отношения.

— Да, раньше я считала вас разумным человеком, — теперь и Флоренс перешла на повышенные тона, — но теперь вижу: вы не заслуживаете уважения. Как вы только можете не верить Кори? Да вы посмотрите на ее руки. Они все изранены. Когда вы ворвались, я вынимала у нее занозы из ладоней. И еще не все вынула.