Ещё и с ориентацией в Дебрях сложновато. Кроме как «идти примерно в этом направлении» особых примет и ориентиров не было. А если когда-то и были — все давно исчезли в вечно изменяющемся Лесе.

Как и тогда, - несколько лет назад, - пришлось выходить наверх от ручья с источником, к которому спускались на стоянку. Там, выше, вдоль скал, по краю Леса, от перевала через большой хребет был вполне удобный проход. Но он удобен только тем, что идёт через большой перевал и с той стороны большого хребта. А так — выбираться до того прохода, а потом тащиться по нему до начала подъёма на, уже, перевал Медвежий, было гораздо дальше, чем просто напрямки, через Лес.

Наверное, со стороны, цепочка школяров, медленно ползущая под сенью Великого Леса смотрелась как колонна муравьёв. Огибающая гигантские стволы деревьев, перелезающая переплетения корней, толщиной в два-три роста взрослого человека. И чем ближе они поднимались по склону к краю, тем больше им попадалось завалов и буреломов превратившихся в натуральный трёхмерный лабиринт. Всё это с неудобной поклажей, с бидоном воды, который уже раза два чуть не уронили в переплетение стволов, ветвей, корней. Ну и с раненым.

Ян, когда его разбудили и когда он обнаружил, что у него нет рук, закатил дикую истерику. Ну... не удивительно.

Вопли «Убейте меня! Убейте!», были оборваны самым радикальным образом. Сеня, которого жутко выбесили эти «просьбы» на фоне тех запредельных усилий, что он приложил для спасения этого малолетки, просто подошёл и «зарядил» ему от души в харю. И бил до тех пор, пока рёв и причитания не сошли на скулёж.

– Я тебя от Бешенства спасал не для того, чтобы ты тут сопли разводил! ПОНЯЛ?!!

Схватил его за ворот, поставил на ноги.

– Хватит себя жалеть!.. Сейчас. ТЫ ИДЁШЬ! САМ! Не пойдёшь сам — дубьём погоним!

– А м-может...
– послышалось со стороны сердобольной Алисы.

– НЕ МОЖЕТ!!!
– рявкнул он в её сторону, обрывая слезные мольбы за придурка от чего та с перепугу пискнула и поспешила спрятаться за широкую спину Куруша.

– А хваталки твои, драгоценные, - продолжил он обернувшись к Яну, - Тебе мастера в Вилье восстановят... ПОНЯЛ?!!

Джай на всё это только головой покачал, но видно было, что с Сеней он полностью согласен. Возможно сам хотел также поступить, но пока колебался, его опередил Сеня.

Час спустя Ян, хоть и хмуро-обиженный, но шёл сам. Сопровождающие, выделенные для него, лишь иногда, в самых сложных и тяжёлых местах перетаскивали его на руках. В остальных случаях ограничиваясь поддержкой.

Край леса, как обычно и везде здесь был чётким. Деревья и завалы резко кончились, а дальше подъём на перевал по лугам. Тому самому склону, на котором лишь кое-где виднелись останки былой Дороги — отдельными фрагментами и которые подъёму никак не могли помочь. Разве что посидеть-отдохнуть на относительно ровном месте.

Увидев ровный склон школяры воспряли духом.

– Да мы его за полчаса пробежим!

– А то, что склон крутой — ничего?
– ядовито вопросил Сеня.

– Так он же ровный?
– не понял энтузиаст.

– Ровный-ровный! Только ты видишь едва четверть подъёма и он крутой. А это значит, что по нему не побегаешь.

– Почему-у?!

– Увидишь. Идём медленно и печально.

– Это почему «печально»?!

– Потому, что не побегаешь.

Удивление сказанным было закономерным. Ранее ребята ходили по некрутым склонам. И даже если таковые случались прежде, ходили их траверсом и по дебёлым бараньим тропам, перемежающимися остатками древней Дороги.

А вот по таким крутым травянистым склонам, даже если ты под завязку забит миди и плюсом ещё Лес помогает своими эманациями энергии, по-любому шаг надо делать очень короткий, постоянно страхуясь от падения.

И первые же шаги наверх ознаменовались... страхом!

Смутное беспокойство.

Сеня уж подумал, что где-то набрался «старых» миди как собака блох, но быстрая проверка показала, что это не так.

Интуиция?

Скорее всего.

Да и местность открытая — травянистый склон, на котором вся группа видна на десятки километров.

Сеня обернулся и внимательно оглядел окружающие пейзажи.

Уже сейчас они поднялись чуть выше седловины перевала через хребет, вдоль которого они всё это время шли. Того перевала, который вёл в долину, спускающейся почти до замка Мау, и забитый Дебрями. Сейчас особенно хорошо было видно, что вся седловина поросла большими деревьями, но именно на ней они стояли относительно редко — земля, что под ними была хорошо видна. Вместе, кстати сказать, со звериными тропами. И по этим тропам оттуда шла какая-то группа животных. Довольно быстро шла, что внушало некоторые подозрения.