– И что?
– не сдавался всё тот же голос.

– А то, что ты хотя бы где-нибудь слышал, что Бешенство можно не только остановить, но и вылечить?

– А Ян, скажешь, вылечился?! Он без рук остался!

– По времени, он должен быть мёртв. Уже давно.
– ответила Алиса. И голос у неё был презрительный. Как у училки, отчитывающей нерадивого ученика, не удосужившегося выучить давно заданный урок.
– Если попёрли пузыри, то всё. Скоро взрыв.

– Н-но... у меня...
– прорезался ещё один, на этот раз изрядно испуганный, голос.

– Ты уже проснулся. И у тебя не было пузырей.
– ответил кто-то.
– А если проснулся, то эта... как её... уже завершилась.

Очевидно тот самый «проснувшийся» - второй, которого Сеня отправил форматироваться вместе с несчастным Яном. Значит, выжил. И благополучно. Без эксцессов и ампутаций.

– Мне страшно, что кто-то вот так может... Командовать тем, что внутри...
– послышался ещё один голос.

– Ты и лекарей так боишься? — фыркнула Алиса.

– А ты их не боишься? Тебя ни разу не кромсали? Без обезболивания?
– возмутился боязливый. И шипение у него было как у заправской змеюки.

– На чим, что-ли, нарывался?
– сочувственно спросила Алиса.

– Н-нет. Но было... Но всё равно! Он вот так!... Тык-тык-тык-тык — и всё! Нас не спрашивает!

– А ты что хотел? Без рук остаться? Он знает кого надо в первую очередь!
– храбро стала на защиту Сени Алиса.
– До тебя тоже очередь дойдёт.

– Первой он тебя «отправил на перерождение»!
– скабрезно хихикнул Джай.
– Он явно к тебе «неровно дышит»!

Алиса зашипела как рассерженная кошка.

– Он пред моей госпожой выслуживается!
– процедила она и, как почувствовал Сеня по некоторым ноткам в голосе, вдобавок ещё и густо покраснела.

– Ну значит к ней!
– не стал настаивать Куруш, но голос у него не стал менее насмешливый.
– Но ведь и ты почувствовала, что после этого... как его... никак не запомню слово... перефо... а-а! Короче после, ты стала чувствовать себя...

– Да. Ушёл страх.

– А это что?
– спросил Куруш. Причём тон подразумевал что вопрос явно риторический. Но, видно, школярам не дошло, так что он дополнил.
– Это первый признак подступающего Бешенства: «Смутная тревога, постоянно висящая над человеком, ничем не объяснимая, прущая изнутри». Ведь изнутри пёрла да?

– Во-от!
– удовлетворённо сказал Куруш. По-видимому, Алиса нехотя кивнула на его слова.
– У меня тоже такая же... была. И я всё никак не мог понять откуда прёт и откуда ждать... Нежданчика.

– А что, сейчас нет?
– вопросил кто-то. И, как понял Сеня, из тех, кто ещё не прошёл «процедуру».

– Нет. Потому и говорю.

– А то, что шакалы...

– Ты их и так через Силу видишь.
– ответил кто-то.

– Короче! Слушать сюда! Повторять не буду.
– прорезались в голосе Куруша командные нотки.
– Мне тоже было сильно неприятно, что он вот так раскомандовался.

По компании пронёсся гул изумления. Никто не ожидал таких признаний от командира.

– Но я — не вы. Я знаю, что в бою так бывает. Мы потерпели поражение. И стали... никем. Он первым стал свободным и восстановил свой статус. По факту своего освобождения. И если он взял над нами командование, то надо подчиняться. Он ведь прямо вам сказал, что принял над всеми ответственность. Что доведёт всех до Школы. И он исполняет. Ведёт. Вот ты знал о существовании этой Тропы?

– Нет.
– буркнул тот, кто отвечал первым. Похоже, самый обиженный.

– Я тоже. Но я ещё знаю карту. Да, там того прохода, что мы прошли - не значится. Но понять где находимся, вполне достаточно. Мы — в пяти километрах от границы с графством Таро. Поняли куда он нас тащит?

Снова молчание прерванное, кто бы сомневался, непосредственной Алисой.

– А где эта граница?

– Там.
– Ткнул пальцем Куруш.

– Перевал того Медведя?

– Да. «Того Медведя».
– передразнил Джай.

– Так это что... Рядом?!!
– послышался чей-то возглас.

– Ты ещё дойди до этого «рядом».
– ответили ему.

– Побыстрее бы!

«Ага. Школяры в шоке от моих действий. Закономерно.
– подумал Сеня.
– Но находясь в цейтноте, понимая, что промедление приведёт к смертям, иного выхода не было. А объяснять каждый свой чих? В критической ситуации?!! Командиру?!! Бля!»

Сеня потянулся громогласно зевнул и перевернулся на другой бок — в сторону всей тёплой компании. «Тёплая компания» вздрогнула.

Сел на подстилке и стал яростно протирать глаза. Закончив это, несомненно важное, дело, Сеня спросил.