— Как насчёт продолжить культурную часть программы? — шепнул я на ушко красотке.

— М-м-м… А ты не слишком… гонишь коней… м-м-м? — тем не менее ни отказа, ни негатива в её словах не прозвучало. Но, в отличие от мыслей дамы, сам я действительно не торопился, получая море наслаждения из самого факта общения, флирта, ухаживаний… ну и доли лапанья, само собой. Короче, я не мог упустить подобной возможности.

— Я вообще-то говорил именно о культурной части программы, а не о том, о чём ты подумала… в меру своей распущенности, — ввернул я нашу старую шпильку, — потому как то — программа уже бескультурная и, местами, возможно даже аморальная.

— Оу… — она смутилась, — то есть… вот тут вот… — но так просто сдаваться не собиралась, — в меня упирается твоя трость?

— Знаешь… — одухотворённо смотрю на эту провокаторшу, — когда на тебе сидит, целует и ёрзает воплощённая мечта всех мужчин, отсутствие трости означало бы, что я или мёртв, или гей. Первый вариант, кстати, предпочтительнее.

— Аха-ха-ха… — звонко рассмеялась девушка. — Ладно, выкрутился. Ещё и с комплиментом, но что ты тогда задумал?

— Вообще, была мысля показать тебе подпольный Бойцовский Клуб…

— О!

— Но для Охотницы-рукопашника стуканье кулаками простых обывателей будет смотреться откровенно скучно.

— Н-да…

— Тогда я подумал о сафари. Не том, которое в лесу, а такое, знаешь, милое развлечение с отстрелом злых фавнов-террористов при помощи специального ружья.

— Кажется, Илия что-то такое упоминала, — припомнила Янг.

— Угу, но я сейчас официально сижу за решёткой и страдаю. Так что показываться там было бы идеей не очень уместной, а потому… как ты относишься к стендапу?

— Никогда не видела, — призналась девушка.

— Тогда самое время исправить это упущение! Благо идти недалеко.

— Заинтриговал… — собственно, на этом моменте мы покинули клуб, чтобы пройти буквально метров триста и войти в другой зал с совсем другой атмосферой.

Полутёмный зал, публика возрастом лет от двадцати и до «песок сыплется», отдельные столики и снующие между них официантки, предлагающие лёгкие закуски и алкоголь. Если желаешь что-то более основательное — добро пожаловать в верхний зал, дабы своей счастливой чавкающей мордой не смущать почтенное собрание и выступающего на сцене. А на сцене сейчас выступал забавный мужичок лет сорока.

— Единственное, что я должен делать в воспитании своей дочери — это защищать её от всякого рода дебилов. И я чётко знаю, как защищать её от подобного рода «женихов». К примеру, я пересмотрю с ней все фильмы, чтобы если однажды какой-то умник пригласит её к себе домой и скажет: «Приходи сегодня, посмотрим какой-нибудь интересный фильм», моя девочка сразу сказала: «А я видела все интересные фильмы. Я даже все неинтересные фильмы видела. Мой отец вообще, как заведённый, с восьми месяцев мне фильмы показывает. Атласианские тяжелее всего шли».

— Пх-х-х… — хрюкнула в кулак Янг. — Был бы здесь сейчас папа, он бы мог воскликнуть что-то вроде «какая гениальная идея» или «и почему я сам до этого не додумался?!»

— Да уж, хорошо, что ему эта идея в голову не пришла. Значит, у меня есть шансы завлечь тебя посмотреть со мной кино?

— Посмотрим, — хитро блеснули фиолетовые глаза, — пока что ты продвигаешься по верному пути… — а парень на сцене тем временем продолжал жечь и стал проходиться по «дорогим соседям».

— Никогда не встретишь мистральского чемпиона по киданию ядра. Просто зачем ядро кидать, если оно может пригодиться? Вообще, у мистральцев не приветствуются все виды спорта, в которых нужно с чем-то расставаться.

— Зато молотом некоторые из них владеют на впечатляющем уровне, — пробурчала мисс Сяо Лонг, явно «ловя вьетнамские флешбеки».

Остаток вечера и почти вся ночь прошли в этом клубе. Сменялись выступающие, темы шуток и манера ведения представления, но мы с прекрасной девой смеялись и получали вдоволь удовольствия. Это действительно было чертовски весело, но ночь прошла, а под утро заведение закрывалось. И пора было двигаться дальше, на набережную, где можно было встретить рассвет, наслаждаясь порывистым, пусть и немного прохладным ветром и прижимая к себе невероятно красивую девушку. Судя по радостной улыбке и сияющим глазам Янг, я мог констатировать, что свидание однозначно удалось.

На следующий день.

Я сидел в камере и подгл… хм-м-м, в смысле, сисадминил секретный женский чат. Количество участниц в нём перевалило уже за сотню, и это — только «исконные» студентки Бикона. А «международное общение» тем временем набирало обороты, и инвайты полетели новым подругам. Так, стоит уделить внимание и не допустить регистрации Эмеральд и Синдер, я, конечно, легко смогу отболтаться и представить ситуацию так, словно я походя создал сеть из сотни добровольных информаторов в вотчине Озпина, но лучше «дорогое начальство с её личным секретарём» в это дело не посвящать. Так мне как-то спокойнее. Угу… Однако речь сейчас не об этой стерве, а о четвёрке милых девушек из NDGO, утверждать ли предлагаемые согласно «правилам чата» милые смущающие прозвища или нет? Так, что там у нас… о, «Роза Вакуо» — Октавия Эмбер. Сразу да. А Небьюла Вайолет — «Симпатичная подружка»… м-м-м, смело, пойдёт. А вот остальные два мы всё-таки чуток подправим и… о, новый запрос? Нион Кэтт с прозвищем «Котёнок»? Нет-нет-нет. Я понимаю, что с такой фамилией и будучи фавном-кошкой с… шикарным… пушистым… розовым хвостиком подобный ник напрашивается сам собой, но у нас уже есть один Котёнок. Пусть и тайный… хотя Блейки уже не особо и шифруется. Не афиширует — да, но и не прячется. М-м-м… о, точно!