Я мягко останавливаю Илю, пока он не напакостил. Сын хмурится, но после соглашается. С трудом переключается на качели, к которым я его подвожу.

Я постоянно оглядываюсь, напряжена. Выйти на прогулку это риск, но я не могу всё время прятаться в квартире Ильяса. Сыну нужно бывать на свежем воздухе, играть с другими детками.

Просто…

Вчера всё так удачно сложилось! Ильяс забрал сына, Рина придумала различные варианты. Осталось лишь дождаться суда.

Но не бывает всё радостно и легко.

Так что теперь я в ожидании подвоха.

Булат точно не станет сидеть сложа руки. Вопрос времени, когда снова сделает какую-то гадость. И мне лучше быть готовой.

Телефон вибрирует, я тут же проверяю. Рина обещала мне скинуть список, я всё ещё жду. Но это сообщение от Демида, мужа лучшей подруги.

Он сбросил мне контакты других адвокатов, пусть и с опозданием. Там несколько номеров и комментарии. Один с подписью «придурок, но адвокат хороший». Этого я сохраняю вверху списка, на всякий случай.

Пусть лучше у меня будет несколько адвокатов, чем ни одного.

— Пойдём скоро домой, хорошо? — пытаюсь договориться с сыном, раскачивая его на качелях. — Будем готовить вместе обед?

— Ни хотю.

— Мы не можем всё время гулять. Простынешь, заболеешь, и тогда вообще на улицу нельзя выходить.

— Вапще?

Согласно киваю. Сын слишком маленький, чтобы понять всё. И я не хочу, чтобы Иля разочаровался в отце. Развод не лишит Булата родительских прав. Он всё ещё отец нашего сына.

Не представляю, как это всё можно будет решить мирным путём.

Встречи.

Как вообще оставить сына с Усмановым, не переживая, что тот снова его заберёт?

— Пфф.

Малыш вздыхает, слезая на землю. Хватает меня за ладонь, послушно топает в сторону подъезда. Я снова оглядываюсь.

Да, Ильяс убеждал, что ничего не случится. Нельзя так легко найти меня в большом городе, охрана Усманова не выскочит из-за угла.

Но расслабиться не получается.

Наверное, просто нужно время, чтобы почувствовать себя лучше.

Я включаю мультики на телефоне, протягиваю Иле. Тот широко улыбается, крутится на столе.

— Два, — выставляет пальчики вперёд. — Моно?

— Можно.

Сын широко улыбается, чуть взвизгивает от счастья. Я прячу улыбку, не говоря, что можно даже три.

Булат к этому вопросу подходил слишком строго, считал, что детям вообще не нужно давать телефон. И одного мультика в несколько дней должно быть достаточно.

Телефон или телевизор — разве такая большая разница? Я в детстве весь вечер проводила смотря мультики на диске. Булат, уверена, тоже. И ничего страшного не произошло.

Легко быть рассудительным, когда не ты весь день пытаешься придумать чем занять ребёнка.

Теперь же Иля болтает ножками, смотря про каких-то там котов. А я могу приготовить обед. Мелко нарезаю овощи для рагу, мариную курицу. Готовлю побольше, чтобы хватило на троих.

Ильяс не говорил, вернётся он сегодня или нет. В принципе, мужчина и не должен отчитываться. Пока не начались судебные заседания, ему вообще не нужно приезжать.

— Мам, тут деда! — сын сползает, прижимая к себе телефон. Бежит ко мне. — Деда.

— Дедушка? Ох. Спасибо, милый. Поиграешь пока?

— Ладно.

Моя радость послушно кивает, отправляясь на ковёр. А я рассматриваю фотографию отца, пока телефон продолжает вибрировать.

И зачем он звонит? Вроде чётко дал понять, что на его поддержку я могу не рассчитывать. А теперь вспомнил. Что-то случилось?

Сдаюсь, отвечаю.

— Да, — зажимаю телефон между плечом и ухом, сбрасываю овощи на разгорячённую сковородку.

— Да? Так с отцом здороваются? — папа заводит привычную шарманку, я закатываю глаза. — Разве так я тебя учил?

— Привет, пап.

— Вот так лучше. В общем, я подумал, ты можешь приехать домой. Деньги на билет я тебе пришлю.

— Ты подумал? Два дня думал?

— Алия, следи за тоном. Я предлагаю тебе выход.

— Пап, выход мне нужен был раньше. Когда я в одной пижаме стояла на дороге, без копейки в кармане. И я тебя просила. А ты меня бросил.

Я давно взрослая и сама принимаю решения, папа мне ничем не обязан. Но я так надеялась на его поддержку! А он лишь сделал хуже своими словами.