— Мастер Лука. Здоровья вам!

Мастер Лука, пожилой бондарь, кивнул. На нём была мягкая бесформенная шляпа, жилет и рубаха, получше тех, что носил Келл. Лука делал бочки всю свою жизнь, а сейчас следил, как делает бочки его сын, Лука младший.

— Чего шумят, не знаете? — спросил Келл, и встал рядом.

На площади стояла платформа. С неё иногда читали высочайшие приказы, в праздники на ней танцевали или играли музыканты, и иногда на ней же казнили преступников. За платформой возвышался "Камень Основателя", вокруг которого когда-то и начали строить город. Сейчас помост оцепила охрана, на платформе стояло два мрачных стражника в броне побогаче, и один из них, с угрюмой испитой физиономией, звонил в сигнальный колокол и морщился. Наверное, перепил вчера.

— Знать что-то темнит опять. Казнят кого или налоги поднимут, — пожал плечами Лука. Из кармана он достал корень какой-то травы и начал задумчиво его жевать.

— Опять? — обеспокоился Келл. Собственно из-за налогов он и стал вольным работником когда-то. Раньше был шанс получить лавку.

— А то. Заняться им больше нечем, вот и рисуют налоги. — буркнул Лука.

Келл оглянулся по сторонам, но они стояли вдали от толпы, и бурчание Луки вряд ли кто услышал.

Толпа зашумела и на помост взобрался, с кряхтеньем, бургомистр и оглядел площадь. Бургомистр, Рэндольф Винн, был грузным, растолстевшим мужчиной лет сорок отроду. Безземельный Барон, он получил должность бургомистра от графа несколько лет назад.

С каждым годом Бургомистр всё больше раздавался вширь, и одевался всё богаче. Вот и сейчас, на нём красовался богато расшитый костюм, с большой шляпой, в точности по последнему писку моды. Беспокоить его могло только то, что позиция Бургомистра временная, и по наследству не передавалась. Граф её дал, и граф её же и заберёт.

— Теперь точно налоги объявят. — мрачно сказал Лука. — Скажет, что время тяжёлое, его сиятельству на еду не хватает, изголодал совсем.

Келл вздрогнул, оглянулся по сторонам и подумал, не отойти ли от Луки подальше. Мало ли что.

— Да не дёргайся ты. Никому работяги вроде нас не нужны. — бросил ему Лука. — вот будь мы хотя бы купцами…

Лука пожал плечами и снова начал жевать свой целебный корень. Бургомистр же на помосте сделал печальное лицо, снял свою дорогую шляпу, и осторожно прижал её к груди. Стоявший среди стражников совершенно невзрачный человек сделал незаметный никому жест рукой, и голос Бургомистра разнёсся по площади, легко перекрывая шум толпы.

— Люди! Жители нашего славного графства, и славного города Вилдмонда. Совсем недавно ушёл от нас его сиятельство, и вот теперь… — и перевёл дух.

— "В подлой атаке погибла его дочь" — сказал Лука, и скривился. С отвращением он сплюнул на землю, и даже отошёл от стены.

Келл отшатнулся от Луки в ужасе и заозирался по сторонам. Нет ли рядом стражи?

— В подлой атаке врагов и недругов нашего графства, что всегда плетут козни против нас, нашего города и всего королевства…

Келл с недоверием посмотрел в сторону помоста.

— … была убита его единственная дочь! Любимая нами Элиза Крауфорд. Сердце обливается кровью…

Толпа зашумела. Люди переговаривались между собой, а бургомистр продолжал горестно причитать на помосте.

Келл с открытым ртом повернулся к Луке. Тот снова прислонился к стене и снова грыз свой странный целебный корень.

— Ну чего смотришь, будто привидение увидел? Поживёшь с моё, запомнишь, чего знать говорит, и что потом происходит. Сейчас он скажет, что город пока что побудет его. И налоги поднимет. — буркнул Лука.

— Поэтому я принял тяжёлое решение продолжить управлять… — продолжал Бургомистра.

— Во! — кивнул Лука. "Город мой, не дам". Сейчас он мёд будет в уши лить, потом налоги поднимет.

— И поэтому нам нужна помощь каждого из нас! — продолжал бургомистр.

— А вот и налоги пошли. — Лука покачал головой. — Чтоб у него запор случился.

— Мастер Лука. Вы б хоть, потише… — заговорил бледный Келл.

— Да не боись ты! — отмахнулся Лука. — Сейчас люди шуметь начнут, стража их шуганёт, и никому дела до нас с тобой не будет. Если чего не случиться.

— Это кто объявил меня мёртвой? — над толпой разнёсся женский голос.

Лука выронил целебный корень и охнул. Выпрямился и уставился вдаль.

— Случилось. Демоны меня дери… Слышь, Келл, ты мне подсоби, чуть повыше залезть куда. На бочонок тот подсади. А то стар я стал, и ростом невысок. И не видать толком отсюда ничего.

Келл оглянулся по сторонам, увидел поблизости старый бочонок, то ли с водой, то ли с песком. Подхватил лёгкого старичка и поставил на него. Судя по надписи, этот бочонок когда-то сделал сам Лука. Старичок уставился вдаль. А голос продолжал говорить.