Наверное, тут есть что-то, чего мелкая живность боится.

Он нашёл ещё нескольких убитых крысолюдов. Один со сломанной шеей. Ещё один подстреленный арбалетным болтом. Тут Каррум задумался. Пожиратели, они же пожирают? А не играют в темноте в стрелка. Но тут же нашёл ещё одного крысолюда с явными следами зубов.

Зубов, расположенных в несколько рядов.

И тогда он по-настоящему испугался. Он перестал красться, невзирая на боль в раненной ноге, заковылял по тоннелям, попытался побежать. Ему казалось, что его преследуют, бесшумно, толпы пожирателей, примериваясь, с какой стороны укусить дворфа, который не ел грибной суп, не доучился в кузнице, и не смог спасти своих товарищей.

В подземелье раздался крик ужаса, переходящий в визг. Кричал не Каррум. Кричали крысолюды. Четыре крысолюда выскочили на него из бокового тоннеля, с костяными копьями, улепётывая от чего-то, наверное, очень ужасного, остановились на мгновение, и с гневным визгом бросились уже на него, размахивая оружием.

А он увидел Пожирателя. С потолка отделилась чёрная худая фигура, бесшумно приземлилась на ноги, и бросилась к крысолюдам, навострив уши, размахивая хвостом, и блестя огромными стеклянными глазами в полголовы. Молниеносными ударами пожиратель убил трёх крысолюдов, последний начал оборачиваться, пожиратель как молния метнулся к нему, открыл пасть с двумя рядами зубов и впился загривок.

И тут Каррум не выдержал. Он заорал, бросил в Пожирателя топором и костяным арбалетом, не разбирая дороги по коридорам. Он не знал, куда бежит, куда сворачивает, страх придал ему сил и приглушил на время боль в раненной ноге.

Он споткнулся. Покатился кубарем. Провалился в какую-то расщелину, над которой рос светящийся гриб, упал в небольшую пещеру. Сбился с пути, и теперь нескоро, наверное, отсюда выберется. Он остановился и теперь тяжело дышал. Приступ ужаса прошёл. Он вспоминал, как бабушка честно сказала, что тварь она придумала. Он вспоминал, что ни разу не видел ничего похожего, даже в архивах разведчиков.

Сверху из расщелины, в которую он свалился, упал камешек. Ударился об пол рядом с ним, и покатился. Каррум посмотрел вверх, на светящийся гриб, и на мгновение что-то перекрыло расщелину.

Лёгкий шорох раздался за его спиной. Он оглянулся и не увидел ничего. Существо стояло за границей видимости, если оно существовало. Шорох раздался с другой стороны. С третьей. Существо бегало, почти неслышно вокруг него.

— Выходи! Ты не настоящий! — заорал Каррум в темноту.

Ничего не произошло. Потом он почувствовал, что запах крови крысолюдов усилился. Чуть-чуть. Чудовище стояло у него за спиной. Совсем близко.

— Моя большой страшный монстр. — доверительно прошептал Карруму в ухо Пожиратель. И добавил, чуть рыкнув:

— Рыр.

Усталость, раны, боль, потери и напряжение последних часов, сделали своё дело. Глаза Каррума закатились, он совсем не по-дворфски потерял сознание и грохнулся на землю, лицом вниз, с лязгом брони.

— Шутка ведь. — обиженно сказал Пожиратель.

***

Где-то под землёй

Каррум очнулся рывком. Перед ним горел небольшой костёр. Огонь чуть трещал, и освещал пещеру. Сон? Кто-то его нашёл?

Что-то было не так. Он поднял руку, и уставился на грязные пальцы. С него сняли доспехи и рубаху, он остался в одних штанах и дворфских поддоспешных ботинках. Нечто похожее на его доспехи грудой лежало рядом с костром. Каррум дёрнулся туда и замер.

На другой стороне костра сидел Пожиратель Дворфов. Такой же, как описывала его бабушка, каким представлял его Каррум. Высокая, худая, фигура ростом с человека. С треугольными ушами и хвостом. Пожиратель сидел, странно сложив ноги, и с интересом разглядывал крысолюдский костяной топор. Каррум впился взглядом в плод бабушкиной фантазии, пытаясь разглядеть ожившую выдумку, ведь существ с двумя рядами зубов не бывает.

Пожиратель открыл рот, продемонстрировал Карруму, что тот заблуждается, и зубов у него именно два ряда, впился в костяное лезвие топора, с треском откусил от него кусок и начал задумчиво его жевать, с громким хрустом.

Каррум медленно и осторожно опустил руку и вжался в каменную стену. Пожиратель дожевал кусок прочного, сравнимого с плохим металлом лезвия, поморщился, и проглотил.

— Невкусно — пожаловался Пожиратель на жизнь и гастрономические качества крысолюдских топоров. Каррум нервно кивнул. Пожиратель откусил ещё кусок топора, закусил слегка светящимся ядовитым грибом, и начал с треском жевать костяное оружие. А Каррум продолжил разглядывать ожившую выдумку своей бабушки.

Существо носило лёгкие доспехи. Доспехи были из толстой кожи, и походили на дворфскую работу. На пожирателе был ремень с застёжкой, на котором висел серый кошелёк. Руки походили на человеческие, с пятью пальцами, на ногах были мягкие ботинки. Вроде бы на носках ботинок было что-то вроде маленьких крючков или когтей…

— Будешь? — спросил вдруг Пожиратель и Каррум вздрогнул. Пожиратель предлагал ему подземную поганку. Хочет отравить? Каррум замотал головой.

— Зря. — осудил Каррума Пожиратель, и начал жевать поганку. Если Каррум правильно помнил, несколько граммов этой дряни могли свалить взрослого дворфа с ног за несколько минут. Правда только в случае, если дворф её съест. Из поганки делали яды для охоты.