Его реакция говорила о том, что я права.

— Что заставило тебя сказать такую глупость? Ты знаешь все, что тебе нужно. Слушай, нас будут искать, если мы не зайдем внутрь… давай отправимся на танцпол и посмотрим, сможем ли мы избавиться от твоих грандиозных идей. — он фальшиво рассмеялся и попытался затащить меня в гостиную.

— Финн, если я задам тебе прямой вопрос, ты сможешь на него ответить? — настаивала я.

Он посмотрел на меня настороженно.

— Зависит от вопроса.

— Жена Эссоса его бросила?

Кэт ахнула, а Финн скрипнул зубами:

— Да, но… — он тяжело закашлялся.

— Есть что-то еще, что ты не можешь сказать? — встряла Кэт.

Финн перевел взгляд с нее на меня и быстро моргнул, он даже головой не мог пошевелить.

— А что насчет Галена?

Тело Финна расслабилось, словно на этот вопрос он мог ответить.

— То же самое.

— Что то же самое, что она ушла или что ты не можешь ответить? — настаивала Кэт.

Финн снова напрягся, стиснув зубы:

— Да.

— Я так и думала. — я качнула головой. Мы получили именно то, что я ожидала — ничего.

Финн остановился перед тем, как открыть дверь, и посмотрел мне прямо в глаза.

— Никто не должен знать, что ты знаешь хоть что-то из того, что ты мне сейчас сказала. Все это закончится, если кто-нибудь узнает об этом, и мы все вернемся к началу, включая тебя. Именно так Совет организовал Призвание. Пожалуйста… подожди еще один месяц. Всего каких-то 30 дней.

Его голос стал серьезнее, чем я когда-либо слышала.

— И держись подальше от Галена, — добавил он. Финн не дожидался моего ответа и открыл дверь. Звуки вечеринки проникли через узкий проем.

Я решила, что после того, как увижу, какой сюрприз приготовил для меня Эссос, я отстранюсь от него и останусь одна. Мне нужно серьезно подумать об эмоциональном противостоянии между Галеном и Эссосом, в котором я участвую… не уверена, что Эссос даже осознает, что он в нем участвует. Гален открыл мне глаза и помог увидеть, что Эссос пытался воспользоваться моей наивностью, пока я была в Призвании и ничего не помнила.

В тот вечер я устроила величайшее представление, танцуя с Финном, а затем с Эссосом и несколькими другими сопровождающими, делая вид, что не знаю, что Эссос меня убил. Каждая улыбка Эссоса заставляла мое сердце замирать от обмана… не только его, но и моего.

Гален наблюдал за происходящим из угла комнаты, в основном просто выпивая, но иногда болтая с Зарой. Его рот находился близко к ее уху, когда он шептал ей, и я ожидала, что почувствую тот же всплеск ревности, что и с Эссосом, но этого не произошло. В их разговор вклинилась Элен и явно поругала его за то, что он снял маску.

Прежде чем вечер закончился, я увидела, как Элен расслабилась и насладилась вечеринкой, кружась с Финном. Она словно парила в танце, а затем, в конце концов, опустилась на стул с бокалом в руке. Пока я стояла в стороне с Зарой, Эссос отвел свою сестру на танцпол для последнего танца. Я смотрела, как они скользили по комнате, рука об руку, улыбаясь друг другу.

— Эти двое, очевидно, ближе, чем она со своим братом-близнецом, — прошептала мне Зара, я взглянула на нее и сделала глоток своего напитка. — Я слышала, что с самого детства он всегда прикрывал ее, когда она делала что-то не так, а она, в свою очередь, прикрывала его. Я даже слышала, что давным-давно она прикрыла его, когда кто-то умер.

По моей коже пробежали мурашки.

— Она скрыла это? — я старалась сохранить свой голос легким, любопытным.

— Да. Очевидно, Совет провел какое-то расследование, и она помогла скрыть детали, так что он остался безнаказанным.

Должно быть, она задавала Галену разные вопросы, чтобы получить эти ответы.

Я крепко держала свой бокал, понимая, что она говорит обо мне. Я не представляла, как мне прожить следующие 30 дней, не сломавшись. Пытаясь не уронить бокал, я сжала его так сильно, что он разбился в моей руке.

К счастью, в этот момент песня закончилась, и аплодисменты перекрыли звук. Никто не заметил этого, кроме Финна и проходящего мимо слуги, который быстро все убрал. Даже Зара не замечала, пока слуга не подошел ко мне. Финн достал из кармана носовой платок и проверил мою ладонь на наличие стекла, затем сжал мою руку, чтобы остановить кровотечение.

— Если ты будешь продолжать в том же духе, у тебя начнется анемия и ты снова умрешь. И это будет хуже, чем в первый раз. — он старался сохранить легкий тон, но пробормотал себе под нос: — Клянусь, ты меня убьешь. Ты ведь не продолжишь в том же духе следующие тридцать дней, не так ли?