Что тут красивого? Все та же скучная равнина с одной стороны, и рвущиеся в небеса пики с другой.

— Береги дыхание, — посоветовал я.

Он улыбнулся, показав желтые, позабывшие о зубном порошке зубы.

— Это вежливый совет заткнуться?

Ответить я не успел, движение привлекло мое внимание. Впереди и чуть ниже нас, словно из-под земли, величественно поднимался дирижабль. Пока что была видна только передняя часть оболочки. Но еще чуть-чуть и из-за скал выглянет верхняя площадка, со стрелками и наблюдателями.

— К скалам! Прячься в тень! — коротко бросил я, метнувшись к ближайшим каменным глыбам, обильно рассыпанным, по предгорьям. Упав в тени камня, накрываюсь с головой плащом и аккуратно выглядываю, стараясь меньше двигаться.

Вот он наш небесный ночной гость. Пусть и виделись мы один раз, да и ночью сложно было его рассмотреть, но я уверен — это он медленно поднимается из-за скал.

Сколько до него? Метров четыреста? А прошли мы от силы километр. Слишком близко! Как бы наша скромная маскировка големов не пошла насмарку!

Быстрый взгляд на Константина. Моим любопытством он не страдал и просто спрятался, забившись под высокий камень. Умный мальчик… только дурак.

Дирижабли никогда не лежали в сфере моих интересов, так что разбираюсь я в них довольно слабо. Этот, на мой неискушенный взгляд, чуть меньше «Буревестника». Пушек, вон, не видно. Впрочем, если в экипаже несколько магов, то кому они нужны?

Смущает полное отсутствие каких-либо гербов. Дирижабли — игрушки фольхов. А для фольхов вполне естественно наносить родовой или семейный герб на все, что только можно. Побольше и поярче! Что бы все видели и знали, с кем имеют дело!

Если дирижабль сейчас развернется и двинет на юг, то нам конец. Без машин мы даже сбежать не сможем. Пешком, без должного количества воды и припасов. Без проводников. Лучше сразу сдаться — больше шансов выжить.

Мои опасения не оправдались. Постепенно набирая высоту, явно стремясь уйти за облака, дирижабль мерно двигался на юго-запад. Где-то в той стороне остался наш разгромленный лагерь. Дирижабль долетит до него еще до вечера. И главный вопрос состоит в том, что предпримет так мне и не представившийся мэтр.

Остается надеяться, что таинственная миссия дирижабля куда важнее поисков пропавшего оруженосца. Да и кто в своем уме решится на одном единственном оруженосце лезть туда, где в охране как минимум один рыцарь?

Суматоха, сбор наемников — на это нужно время. А за это время дирижабль успеет два раза слетать до империи и обратно. В том числе и привезти необходимые подкрепления. Да и то это понадобится, только если беглецов не сумеют перехватить раньше.

Именно так должны рассуждать те, кто летит на дирижабле. Но будут ли они так рассуждать — большой вопрос.

В любом случае, у нас есть эти несколько часов, пока они ничего не знают. И ровно столько же, если они все же решат перестраховаться и вернутся. Не так много, но и не так мало. От этого и будем плясать.

Долина была небольшой, но отлично запрятанной. Когда-то давно здесь находилось чудесное горное озеро, питаемое стекающими с гор ручьями. А озеро, в свою очередь, служило истоком небольшой речушки, чей след пусть с трудом, но все еще угадывался по характерному V-образному профилю выхода из скрытой от чужих глаз долины. Но ручьи пересохли, затем пришел черед озера и реки. Думаю, к моменту появления на Суренасиле людей, здесь оставалась разве что лужа. А к тому времени, когда люди нашли эту долину, пропала и она.

Впрочем, все это дела далекого прошлого, а меня в данный момент заботит настоящее. И настоящее это представлено девятью паро-магическими големами, что стоят в северо-западной части долины, ближе к входу. Четыре голема — рыцари: два «Протектора», «Краб» и «Молот». Оставшиеся пять — оруженосцы различных моделей.

Несколько смущает тот факт, что половина машин имеет повреждения различной степени. Некоторые довольно серьезные.

С наблюдательного пункта, расположенного на небольшом плато, возвышающимся над долиной, было не особо хорошо видно — слишком высоко мы с Константином забрались, сами этого не ожидали — но я бы отнес к полностью боеспособным не больше трех машин, две из которых были рыцарями.

— А ведь те четыре, что слева, отличаются, — заметил Константин. Он, как и я, растянулся на земле, накрывшись плащом и слегка приподняв голову осторожно наблюдал за долиной.

— Ты людей считай, — напомнил я.

И без его замечаний понятно, что когда-то это были два разных копья.

— Да чего их считать? Из тех, что постоянно на виду, пятнадцать человек. Но цифру можно смело умножать на три. А больше пятидесяти человек этот лагерь и не вместит. И серьезно, Гарн. Те что справа — явно трофеи, взятые в бою теми что слева.