– Но ведь у него есть дети, – опомнилась Алена.

– Видите ли, Кирилл Павлович не одобрял их образа жизни и уже долгое время с ними не общался. Дети были обижены и в знак протеста решили отказаться от наследства отца. Поэтому все переходит к вам.

– И даже модельный дом? – помертвевшими губами прошептала Алена, боясь поверить, что все это происходит с ней, и ожидая подвоха.

– Конечно. Модельный дом «Черри Стайл» переходит к вам.

– Почему «Черри Стайл»? – нервно хихикнула Алена. Почему-то образ утонченного мецената и любителя искусства не вязался у нее с человеком, который мог назвать свой Дом моды «Черри Стайл».

– У меня нет точного ответа на ваш вопрос, но фамилия Вишневский происходит от слова вишня, которая на английском звучит как «черри». Но вы не смотрите на смешное и безвкусное название. Этот модный дом объединяет под своим крылом половину ведущих отечественных дизайнеров.

– А вторая?

– Что вторая?

– Вторая половина – они где?

– Они находятся под крылом Александра Барышникова. Единственного конкурента вашего покойного отца в этой области. Еле…

– Алена.

– Да, простите. Алена Викторовна, я должен вас предупредить, что некоторое имущество вашего отца куплено в ипотеку.

– Миллионер и ипотека? – внутри у Алены все похолодело – а вот и подводные камни начинаются.

– Да, – кивнул адвокат, – это частая практика богатых людей. Видите ли, у них деньги не лежат на полочке, они работают, постоянно вкладываются в бизнес. Поэтому они часто предпочитают покупать недвижимость в ипотеку. Затем, наигравшись, они ее продают по цене в два, а иногда и в три раза выше. И это тоже очень прибыльный бизнес. Вы сами понимаете, какие нужны средства, чтобы купить пятикомнатную квартиру в центре столицы…

– Пятикомнатную квартиру в центре столицы? – эхом повторила Алена, не дослушав окончания фразы.

Слова нотариуса звучали убедительно, и девушка сама не могла поверить собственному счастью. Возможно, ей стоило позвать Костика на встречу с адвокатом. Но жених иногда бывал слишком вспыльчивым и подозрительным, он мог поругаться с Игорем Петровичем, а тот бы обиделся и не стал бы читать ей завещание. – А других долгов у него не имелось?

– Даже если и имелись, то официально они не наследуются, – Игорь Петрович снова дал слабину, выразительно произнеся слово «официально», но глупышка была слишком погружена в свои мечты, чтобы понять столь прозрачный намек. Наверняка уже расставляет мебель в пятикомнатной квартире. А прямой намек адвокат дать ей не мог.

– Что нужно… – сглотнув, прошептала Алена, все еще не веря, что вот-вот ее жизнь круто изменится.

– Если вы согласны, то нужно вступить в наследство.

– Что для этого потребуется? – чуть более твердо поинтересовалась Алена.

В конце концов, она теперь миллионерша, владелица элитной недвижимости, заводов, месторождений и даже собственного модного дома. Неужели вот так внезапно сбудется ее мечта детства? И вовсе не обязательно иметь для этого спонсоров и кому-то продаваться?

– Вам нужно будет приехать в столицу и получить у нотариуса свидетельство о праве на наследование. Если вы согласны, то мой ассистент купит вам билеты на удобную вам дату. В бизнес-класс, разумеется.

– Разумеется, – словно глупое эхо повторила Алена и пообещала сообщить адвокату дату, когда ей будет удобно прилететь в столицу в бизнес-классе (она не стала говорить, что вообще никогда в жизни не летала на самолетах, да и на поездах ездила всего несколько раз, когда маме давали путевку в санаторий). С трудом удержавшись от того, чтобы не броситься адвокату на шею и не расцеловать его в обе щеки, Алена выпорхнула на улицу, впервые чувствуя себя по-настоящему счастливой со дня маминой смерти.

Она словно парила над тротуаром, наслаждаясь солнцем, и мир вокруг был окрашен в золотистые цвета. Даже брусчатка на главной улице, которую Алена недолюбливала в дождь и гололед, казалась ей удивительно прекрасной. Ведь это не просто брусчатка, это историческое наследие, лежавшее на главной улице с незапамятных времен. Связь поколений, можно сказать, корни, которые важно иметь всем, чтобы в тяжелые моменты было чем зацепиться за землю.

Алена с удовольствием вертела головой по сторонам, удивляясь и спрашивая себя, в какой момент она перестала замечать красоту города, в котором родилась и выросла? Вот здание консерватории, прошлый, точнее уже позапрошлый век, с массивными колоннами и лепниной, чьи выщербленные временем силуэты так эффектно смотрелись на фоне вечернего неба цвета маренго. Театр оперы и балета, куда мама старалась ее водить по мере возможности. Именно это в свое время повлияло на ее желание создавать костюмы и посвятить жизнь моде. Маленькая Алена была поражена бархатным убранством театра и красочными декорациями, которые, впрочем, во взрослом возрасте стали казаться ей китчевыми, но в детстве именно благодаря им она решила связать свою жизнь с искусством. Конечно, тогда мечталось о костюмах артистов. Впрочем, сейчас она вполне сможет себе это позволить. Почему бы ей и не побороться за право обшивать актеров Большого театра? Алена засмеялась, пораженная своей смелостью. Еще вчера она боялась сказать Косте, что вовсе не хочет праздновать свадьбу в столовой его матери, а сегодня она уже обшивает Большой театр! Жизнь все-таки удивительная и волшебная штука.

Мысль о Костике набежала облачком на яркое солнце, сияющее в ее вселенной. В груди появилось некое томление и стеснение – все-таки раньше она никогда жениха не обманывала. Не решит ли он, что, получив деньги, она вдруг резко изменилась и перечеркнула те пять лет, когда он ее поддерживал, оберегал и помогал оставаться на плаву после смерти мамы?

Алена вдруг запаниковала и решила все объяснить Костику как можно скорее, чтобы он понял. Сыграют свадьбу в столовой, если он так хочет, в конце концов, какая разница, чего хочет она? Но зато потом они поедут в медовый месяц не в Турцию, а на Мальдивы, о которых Алена раньше и мечтать боялась. Так каждый получит то, чего желает. Ведь брак – это про компромиссы.