А вот Дэмьен-младший никогда даже и не пытался войти сюда. Отцовского мужества ему явно недоставало. Он не смел приблизиться к церквушке на расстоянии и пятидесяти ярдов. Пока они взбирались на пригорок, все вокруг словно оцепенело. Природа замерла: ни птичьих трелей, ни стрекота насекомых не было слышно. Ни один листочек на деревьях или кустарниках не шелохнулся. Будто и всякая живая тварь, и растения выжидали - но чего?

Когда они приблизились к церкви, гоноша что-то прокричал, призывая всех остановиться, но Бухер даже не оглянулся. Маргарет с трудом переводила дух, пот катился по ее телу, струйками смывая с него кровь мужа. Обращаясь к Бухеру, женщина грязно выругалась. Но тот ровным счетом не обратил на нее внимания и продолжал тащить мертвеца вверх на холм. Сердце его бешено колотилось, дыхание то и дело перехватывало.

– Поль!
– надрывно крикнул юноша. Бухер застыл у церковных ворот. Дэмьен с тяжелым распятием на плече еле тащился в гору.

– Поставь Его вон там, - приказал Бухер, указывая на стену.
– Пусть они стоят рядом - победитель и побежденный.

И вновь Дэмьен-младший повиновался старику. Он отошел подальше, широко раскрыв от страха глаза, взгляд его был прикован к церкви.

– Такова была воля твоего отца, - снова заговорил Бухер, поглядывая на восток.
– Пора, - вымолвил он, пока юноша удалялся прочь от церкви, затем встал на колени.

– Иди за ним и подбодри его своей силой. Помолись с ним вместе, - перейдя на шепот, обратился Бухер к Маргарет.

Какое-то время он наблюдал, как Маргарет и Дэмьен склонили головы в молитве. Собака проковыляла мимо Бухера и улеглась на траву рядом с женщиной и юношей. Старик набрал в легкие побольше воздуха, обеими руками обхватил забальзамированный труп и поволок его дальше, за ворота, к самой церковке. Над воротами висела табличка:

ПРИХОДСКАЯ ЦЕРКОВЬ СВЯТОГО ИОАННА

Споткнувшись, Бухер услыхал сзади громкий и тревожный оклик Дэмьена. Обернувшись, он увидел, как тот что есть мочи несется к церковным воротам.

С трудом переводя дыхание, Бухер подтащил свою ношу к воротам, в глубине души молясь лишь об одном: чтобы они оказались не заперты. Он толкнул ногой тяжелую дубовую дверь, и она отворилась, протяжно заскрипев на ржавых петлях. Оглянувшись, старик заметил, что Дэмьен, как вкопанный, застыл у ворот. Страх сковал юношу, он не мог сделать ни шагу вперед.

– Пожалуйста, - шепотом бормотал старик, шаря в поисках дверного засова. Наконец, он нашел его. Однако тот так проржавел, что никак не сдвигался.

– Пожалуйста, Господи, - воскликнул Бухер, наваливаясь на задвижку с такой силой, что содрал с ладони добрый кусок кожи. Засов подался как раз в тот момент, когда Бухер услышал Дэмьена. Тот мчался по тропинке к церкви и яростно рычал, словно зверь. Всем своим весом Дэмьен налег на дверь, и от этого толчка труп его отца упал на церковный пол. Бухер подхватил его и поволок к алтарю.

– Бухер!
– исступленный вопль юноши прорезал церковные стены, эхом отражаясь от полуразвалившегося свода. Бухер слышал, как Дэмьен обегал вокруг церкви, как он колотил по ее стенам, царапая их, а затем вновь и вновь молотил кулаками по камню.

Старик перевернул тело на спину. При падении лицо трупа разбилось и было теперь неузнаваемо. Бухер затащил тело на алтарь и разложил на церковном полу все кинжалы. Взяв в руки первый стилет, Бухер склонился над трупом того, кто некогда был его Божеством, кому он отдал бы и душу свою, и тело. Затем старик еле слышно прошептал:

– Ты обещал контроль, Дэмьен, а принес разрушение и гибель. Ты явился лживым пророком...

Бухер занес над головой кинжал и, крепко зажмурив глаза, вонзил его в труп. Кожа лопнула со звуком выстрела. И тут же за стеной раздался дикий вопль юноши. Из отверстия вырвался зловонный газ, и Бухер отшатнулся от трупа. Затем схватил второй кинжал и, заставив себя не отводить взгляд, нанес еще один удар. Потом третий, четвертый...

За стеной вопль перешел в страшный визг, превратившийся затем в вой шакала.

Оставался последний кинжал. Бухер всмотрелся в лик Христа на рукоятке и внезапно осенил себя крестным знамением. Как же звали того молодого человека, что шестьдесят лет назад поддался дьявольскому искушению? Старик никак не мог припомнить его имя. Он забыл самого себя. И теперь со всей жуткой очевидностью понимал, что жизнь его явилась кошмарной ошибкой, цепью страшных заблуждений ибо сам он оказался обманут и предан.

Последний кинжал вонзился в труп. Дэмьен Торн как будто испустил дух, воздух с шипением вырвался из его груди. Обессиленный и поникший, Бухер рухнул на колени. Он в неистовстве шептал слова молитвы. Он забыл о времени.

Поднявшись, наконец, с колен, Бухер остолбенел. Перед ним среди костей шакала валялись кинжалы. Тело Дэмьена Торна сгинуло, остался лишь распавшийся скелет зверя.

Бухер медленно повернулся и, с трудом волоча ноги, направился к выходу. Отодвинул засов и вышел на воздух. Юноша стоял на четвереньках, уставясь на Бухера бессмысленным и застывшим взглядом. Затем вздрогнул и пополз вниз по траве. Собака неподвижно лежала у порога. Сдохла, - подумал вдруг Бухер.