… В Первоуральской ДЮСШОР тоже было весело. В ледовом Дворце спорта имени 50 лет ВЛКСМ на улице Ильича проходила тренировка юниоров старшего возраста.

Дворец спорта был построен в 1968 году в стиле советского модерна, но громадное квадратное здание, как аквариум, сиявшее большими окнами по периметру, и сейчас, по прошествии 18 лет, казалось ультрамодерновым и современным. И, конечно, его не сравнить с небольшим тренировочным катком ДЮСШОР номер один города Екатинска.

Тренер фигурного катания Первоуральской спортивной школы Игорь Борисович Ксенофонтов раздумывал, стоя у бортика и наблюдая, как раскатываются ученики. И задумывался крепко. Был он ещё по совместительству директором федерации фигурного катания Свердловской области. И, несмотря на крошечный штат в пять человек, таких же тренеров, вечно отсутствующих в кабинетах, расположенных в здании комитета по физкультуре и спорту Свердловской области, была эта организация авторитетная и хорошо знакомая в федерации фигурного катания СССР, где была у Ксенофонтова верная союзница — старшая судья соревнований Алла Ивановна Писеева, из-за которой разгорелся весь сыр-бор с Хмельницкой и Соколовской. Писеева до переезда в Москву работала в федерации фигурного катания Свердловской области, была подчинённой Ксенофонтова, и после переезда в столицу помогала свердловскому фигурному катанию как могла. И вчера эта дама позвонила Ксенофонтову по старой дружбе.

— Здравствуйте, Игорь Борисыч, — напевно поздоровалась Писеева. — Как здоровье, семья, дети?

— Всё прекрасно, Алла Ивановна, спасибо что позвонили, — удивлённо ответил Ксенофонтов, гадая, зачем звонит Писеева. — Как у вас? Всё хорошо?

— Тоже всё хорошо! — заверила Писеева. — Но я не просто так звоню, как вы догадались. Звоню я вам по старой дружбе, так сказать. Вы готовы к десанту из Екатинска?

— Десанту? — рассмеялся Ксенофонтов. — Насколько я знаю, оттуда только Марина Соколовская десантироваться может. Да и то сходу на десятое место.

— А вот и нет, Игорь Борисыч, — возразила Алла Ивановна. — У них там в Екатинске целый скандал был, да ещё такого масштаба, что товарищу Ельцину пришлось вмешиваться, чтобы федерация изменила правила отбора. От Екатинска приедут две фигуристки. Очень сильные. Вы таких ещё не видели.

— Как это возможно? — удивился Ксенофонтов, чуть не уронив телефонную трубку. — Что за фигуристки? Что там вообще произошло?

— Я не знаю, каким образом, но произошёл значительный прогресс у фигуристки Людмилы Хмельницкой. На чемпионате города она исполнила три тройных прыжка. Два лутца и флип. И в целом показала такое катание, которое…

Писеева замялась, не зная, как охарактеризовать катание Хмельницкой.

— Я бы не удивилась, если увидела этот прокат по телевизору, с Олимпиады, от будущей олимпийской чемпионки, — коротко сказала Писеева. — Я не знаю, как Левковцеву удалось подготовить спортсменку такого уровня. Соколовская тоже очень сильно прибавила. И тоже, я полагаю, учит тройные прыжки. Обе девочки выдали прокаты такого уровня, что мы не знали, кого ставить на первое место. Федерации из-за вмешательства Ельцина пришлось менять правила отбора на чемпионат Свердловской области, иначе одна из сильных спортсменок осталась бы дома. А на них, как я понимаю, у федерации самые далеко идущие планы. В том числе и международного уровня.

— Ясно… — тяжело вздохнул Ксенофонтов. — Будем работать. Спасибо вам огромное, Алла Ивановна, за ваш труд и заботу о нашей области.

— Я лишь за здоровый советский спорт, — засмеялась Писеева. — Мне интересно, чем ответите на вызов екатинцев вы. До свиданья. Всего хорошего в вашей работе.

Ксенофонтов поблагодарил Аллу Ивановну и задумался, бездумно глядя в потолок тренерской. Задача сильно усложнялась. Причём в момент, когда что-то менять в прокате Малининой было по сути, уже поздно…

Сейчас Ксенофонтов стоял у бортика и смотрел на Таню Малинину, свою лучшую фигуристку, на которую он возлагал большие надежды. Стройная худенькая светловолосая девочка в синем костюме делала разминку вместе со всеми и вроде бы ничем не выделялась из общей массы воспитанников. Разве что у неё были тройные сальхов и тулуп. Был и риттбергер со статистикой выполнения пятьдесят на пятьдесят. Этого вполне хватило бы, чтобы стать чемпионкой области и поехать на первенство СССР среди юниоров. И даже взять его. Однако сейчас Ксенофонтов в этом не был уверен, если то, что сообщила Писеева, правда.

Сейчас он корил себя как мог. Чёрт побери… Ведь знал же! Знал! Надо постоянно идти вперёд. Усовершенствоваться. Не почивать на лаврах былых заслуг. Это спорт! Не улучшаешься ты — улучшится твой соперник. Не прогрессируешь, завяз на прошлом уровне — спрогрессирует твой соперник и станет выше тебя.

К нему, в его родной город, приедут две валькирии, жадные до побед, и с этим срочно надо что-то делать…