Прошло ещё некоторое время - думаю, около года. И тогда в ночной темноте сюда опустился крылатый дракон.

– Дракон!
– воскликнул Такк.

– Да, дракон, - кивнул Гилдор.

– Так, значит, старые сказки говорят правду, - ответил ваэрлинг. Драконы и в самом деле существуют, это не просто плод чьего-то воображения, о котором приятно рассказывать у очага.

– Верно, Такк, - подтвердил Гилдор.
– Драконы существуют - и огненные, и холодные. Когда-то все драконы извергали пламя, но те, которые помогали Гифону в Великой войне, были лишены огня и стали Драконами Холода. Они страдают от Заклятия: солнечный свет убивает их, хотя от высыхания они защищены панцирем. Несмотря на все это, Холодные Драконы - опасные враги, и их плевки ужасны: это, конечно, не огонь, но скалы и металл от этого растворяются, а плоть обугливается.

– Так где же они, все эти драконы?
– спросил Такк.
– Ну, в смысле, раз уж они реальны, то почему люди их не видят?

– Они спят, Такк, - ответил Гилдор, - тысячу лет они прячутся в пещерах в далеких высоких горах, чтобы пробудиться и опустошить эти земли. Пятьсот лет они проспали, ещё через пятьсот проснутся и будут голодны, и начнется двухтысячелетняя эпоха разрушения, прежде чем они снова заснут. Они все ужасны, особенно Отступники и Драконы Холода, не связанные клятвой.

Такк нахмурился.

– Отступники? Клятва?

– В далеком прошлом, - сказал Гилдор, - в первую эру Митгара, драконы пришли к Черной горе с великим сокровищем - Драконьим Камнем. Маги обещали им спрятать камень, оставить его тайну в забвении и хранить от любопытных. Взамен драконы поклялись сократить количество своей добычи до самого необходимого - лошади или коровы время от времени, не более. Они также поклялись не вмешиваться в дела других народов, если те сами их не тронут, а уж тогда справедливое отмщение вполне возможно. Еще они поклялись не грабить - кроме тех случаев, когда необходимо минимальное пропитание или их грабит кто-то другой. И ещё они поклялись не покушаться на чужие сокровища; покинутые же сокровища, как известно, могут считаться законной добычей.

Некоторые драконы не захотели связывать себя клятвой, как, впрочем, и некоторые маги, и вот они-то все и считаются Отступниками.

– Страшен будет тот день, когда проснутся драконы, - сказал Брегга мрачно, - они ведь - всеобщее проклятие, особенно, как говорит лорд Гилдор, Отступники и Драконы Холода. Чакка часто страдали от этих чудовищ: драконы грабили наши сокровищницы и прятали нажитое нами с таким трудом богатство.
– Брегга повернулся к Гилдору.
– Но дракон, который ночью прилетел к Закатным Вратам, был Драконом Холода, как Слит?

– Да, как Слит, но это был не Слит, его к тому времени уже убил Эльго, - ответил Гилдор.

При упоминании имени Эльго в глазах Брегги вспыхнула ярость, и он, казалось, собрался заговорить, но Гилдор продолжал:

– Когда огромное создание прилетело из пустынь севера, сначала мы подумали, что это сам могучий Эбонскайт, но потом узнали Скайла. И он принес огромный, тяжелый груз - что-то страшное и живое - и уронил его в Темное Море.

– Кракена, - сказал Гален.

– Мадука, - отозвался Брегга.

– Да, - кивнул Гилдор, - хоть тогда мы и не знали, что это, теперь, пять веков спустя, мы, на горе себе, узнали, что это Руки Хель.

– Руки Хель?
– Физиономия Такка снова приняла озадаченное выражение. Откуда же оно такое явилось?

– Полагаю, что Скайл, скорее всего, принес его в море Бореаль из Большого Водоворота: там, где море встречается с отрогами Гронфанга, гнездо этих чудищ, затягивающих корабли в пучину. Но, может статься, и откуда-нибудь еще. Рассказывают, что с незапамятных времен подобные создания населяют глубины, не только бездонные великие океаны, но и холодные темные озера: Мрачное море, Северное озеро и другие. А воды, струящиеся во тьме под землей - реки, точащие камень, бездонные черные озера, - они тоже, как рассказывают, населены страшными созданиями, и туда лучше не соваться.

Такк вздрогнул и вгляделся в лежащие вокруг тени. Гилдор продолжал:

– Скайл уронил ношу в Темное Море и улетел на север, стремясь попасть в свое логово до восхода солнца. С тех пор как это чудище попало в озеро, с самого рассвета, мост поднят, ворота закрыты и рупт больше не стоят на страже у портала.

– Нет необходимости, - сказал Гален.
– Вход теперь охраняет Кракен.

– Да, - ответил Гилдор, - и теперь мы знаем, почему гхолы не нападали на нас: они боялись Рук Хель.

Такк снова вздрогнул.

– Жуткое создание: шныряет по темным водам и выжидает, кого бы ещё схватить.

С минуту все молчали, потом Гален тихо сказал:

– Я любил Агата.

– А я - Стремительного, - добавил Гилдор.

И снова все надолго умолкли, в глазах Такка заблестели слезы. Казалось, даже Бреггу потрясла гибель коней, которые боролись изо всех сил и были сожраны чудовищем.

– Никакой другой конь так бы не бился, - хрипло сказал он.

Наконец Гален встал и произнес: