Молли отклеилась от столешницы, на которую опиралась, и пошла ко входу в пещеру, демонстративно держась подальше от критических частей транспортера. В целом установка занимала участок длиной почти десять метров, а шириной четыре-пять, и ширма в восточном стиле стояла точно в центре, будто увеличенная в размерах доска для сборки детских наборов электроники. На дальней стороне установки, вне пределов досягаемости Молли, находился сам портал. Толстые черные провода вели от него только к главному блоку питания.

Она продолжала перемещаться по пещере, впервые заметив, как в действительности та обширна. Большую часть времени здесь горели точечные источники света, а иногда тускло-красные лампы под потолком, словно Глаголи было неприятно видеть нерушимые каменные стены. Как ни тусклы были потолочные лампы, а они производили впечатление очередного вмешательства в естественную среду, не чуждого жестокости.

У входа в пещеру что-то сверкнуло. Индикатор возле шлюза. Кто-то хотел войти.

Молли покосилась на Кёртиса, который этого не заметил. Алонсо смотрел поверх плеча Кёртиса на дисплей, а за шлюзом наблюдала только Ханаи. Молли как могла быстро двинулась к открытой внутренней двери тамбура, стараясь не привлекать внимания Кёртиса, но не успела подойти и на десять метров, как Ханаи заступила ей дорогу.

— Молли, — сказала та, — не делай этого.

— Ты не понимаешь, что происходит? Ты не осознаешь, что пытаются сделать Кёртис и его слуги?

Ханаи покачала головой.

— Это неважно. Держись подальше от люка.

— Я не пытаюсь выйти наружу. Я просто хочу его закрыть.

— Я индикатор не хуже твоего вижу. Ты не знаешь, кто там. А что, если это русские?

— Ну и что, если русские? — сказала Молли. — Кёртис безумен. Он совсем чокнулся. Он собирается уничтожить Москву. Ты понимаешь, что это означает? Мы не только Фронтеру потеряем — это само собой, — мы начнем войну, атомную войну. Бомбы полетят на города, настанет конец всему. Русские будут вынуждены нанести ответный удар, втянется Морган, даже если не желает того, и так всему придет конец. Все погибнут.

Не успела Ханаи ответить, как Молли аккуратно отодвинула ее в сторону и быстро пересекла отделявшее их от шлюза открытое пространство. Переступив через лежавший на полу пустой скафандр Кёртиса, она нажала кнопку интеркома на стене, переключилась на стандартную частоту связи скафандров и сказала:

— Это Молли. Кто здесь?

— Такахаси. Внутреннюю дверь заклинило или что-то такое. Вы не могли бы ее закрыть?

Молли покосилась на все еще колеблющуюся Ханаи.

— Ладно, закрою. Но проходите внутрь быстро и как можно скорее перебирайтесь в укрытие. У нас проблем не оберешься.

— Об этом мне уже известно, — ответил Такахаси.

Она закрыла внутреннюю дверь и встала спиной к тамбуру, наблюдая за действиями Кёртиса в дальнем углу. Держи голову опущенной, думала Молли, просто не поднимай взгляда. Она услышала, как открывается люк за ее спиной, и выгнула шею оглянуться на Такахаси, который переместился в тень металлического стеллажа.

Ханаи медленно двинулась к нему, словно преодолевая какие-то инстинкты. Такахаси снял шлем и перехватил взгляд Ханаи. Та быстро отвернулась.

— Она все еще на стороне Кёртиса? — спросил Такахаси у Молли.

— Не знаю. Но думаю, что она пытается собраться с мыслями. Думаю, вы знакомы.

— Сегодня утром познакомились, — сказала Ханаи. — Я нашла Диану — то бишь труп Дианы. Думаю, ее Кёртис убил.

— Да, — проговорила Молли, — и я того же мнения.

— Можно ли его остановить? — спросил Такахаси.

— Не знаю, — ответила Молли. — У него пушка. Он способен убить нас обоих. И вообще любого из нас, если давить на него станем.

— А как насчет Кейна? — спросил Такахаси.

— Кейна?

Молли рискнула бросить новый взгляд на Кёртиса; он все еще не поднял головы, но мог в любой момент это сделать. Лена заметила их и направлялась к ним из дальнего угла.

— Если Кейн где-то тут, — объяснил Такахаси, — мы можем его использовать. Он в состоянии остановить Кёртиса. Он на это запрограммирован.

Молли медленно обернулась и окинула взглядом тени у стен пещеры, в лабиринте аппаратуры и мебели. При мысли о Кейне, который мог прятаться там, одурманенный, одержимый навязчивой идеей, порабощенный биотехнологией в собственном мозгу, ее продрал мороз.

— У Кейна прошивка глючит, — сказала Лена. — Он себя воображает в какой-то греческой мифологической фэнтези. Нельзя на него полагаться.

— А на тебя? — спросил Такахаси.

— Смотря чего ты хочешь, — сказала Лена, и Молли ощутила в неожиданном приливе ее гнева накопившееся за время перелета с Земли напряжение. — Я с тобой в этом деле, против Кёртиса.

— Тогда, пожалуйста, придумайте что-нибудь, — проговорила Молли. — Бога ради. Меньше часа остается.

— А с ней что? — Такахаси указал на Ханаи.