— Хм… — Я поставила вино на место и взяла их ювелирную лупу, чтобы поближе рассмотреть кольцо. — Оно хорошее, — сказала я им, положив его обратно.

Нельсон сузил глаза.

— Хорошее? — повторил он. Хэнк застонал и провел руками по голове, оставив свои серебряные волосы торчать во все стороны.

Я подняла бровь на Нельсона.

— Да. Хорошее. Неплохое.

— Мило. — Он выплюнул это слово, как будто это было худшее оскорбление в мире.

— Господи, Айви, просто скажи ему, что с ним не так, — умолял Хэнк. — У меня нет сил на это перед сном.

Я подавила желание рассмеяться, вместо этого сохраняя спокойное выражение лица.

— С ним все так. Это хорошая попытка.

Хэнк вскинул руки вверх, и челюсть Нельсона чуть не упала на пол.

— Хорошая попытка? — прокричал мой наставник.

— Теперь ты, блядь, сделала это, — пробормотал Хэнк. — Я уже говорил, что ненавижу тебя?

Нельсон уже выбегал из своей студии в ярости, бормоча проклятия и жестикулируя по поводу зеленого, как жабры, бесталанного ребенка, критикующего его.

Я ухмыльнулась Хэнку, но он только нахмурился в ответ.

— Исправь это, — сказал он мне твердым голосом, указывая алым ногтем в ту сторону, куда только что ушел Нельсон. — Ты его сломала, ты его и чини. Пока не починишь, никакого вина. — Он выхватил мой бокал, прежде чем я успела до него дотянуться, и я надулась.

— С тобой не весело, — проворчала я, драматично закатив глаза. — Нельсон! — позвала я, прекрасно зная, что он меня слышит. — У тебя лапки на левой стороне толще, чем на правой. Выровняй их, и все будет безупречно.

Наступила минутная пауза, затем Нельсон вернулся в студию с очками в руках. Бросив в мою сторону возмущенный взгляд, от которого я чуть не расхохоталась, он оттолкнул меня в сторону и водрузил очки на нос. Затем он взял кольцо и лупу, чтобы проверить мои наблюдения.

— Нет, это не так, — огрызнулся он. — Ты не права, они идеальны.

Хэнк тяжело вздохнул, протягивая руку за кольцом и лупой. Он не спеша проверил их, затем даже достал пару тонких штангенциркулей, чтобы измерить каждую лапку, удерживающую центральный бриллиант грушевидной огранки. Никто не разговаривал, пока он проверял и я стащила свое вино с того места, куда он его поставил.

Вкуснятина. Сира Хоукс-Бей.

— Ну что? — спросил Нельсон, когда Хэнк положил кольцо обратно на стол.

Его партнер поморщился.

— Она права.

Нельсон испустил долгий, раздраженный вздох, затем посмотрел на меня с уважением в узких глазах.

— Ты молодец, Айви. Это чертово кольцо не давало мне покоя всю неделю. Я знал, что что-то не так, но не мог понять, что именно.

Я усмехнулась, довольная тем, что оказалась права. Конечно, это была проверка, как и всегда с Нельсоном.

— Всегда рада быть полезной.

— Итак, расскажи нам о сегодняшнем неудачном свидании, — попросил Хэнк, махнув мне рукой, чтобы я вернулась с ним в гостиную.

Я зевнула, устроившись в одном из больших удобных кресел и подобрав под себя ноги.

— Нечего рассказывать, он был самовлюбленной задницей, которая кончила за минуту или меньше.

Нельсон издал рвотный звук, а мы с Хэнком ухмыльнулись. Мы с Нельсоном не были родственниками, но иногда ему нравилось вести себя как мой отец. Последнее, что он хотел услышать, это подробности моей неудачной встречи на одну ночь в закусочной.

— Лучше расскажу о невыносимом ублюдке, которого я встретила сегодня утром в Боулз, — предложила я, прежде чем замолчать.

Брови Хэнка заинтересованно поднялись.

— О? Рассказывай.

— Что он сделал, чтобы заслужить этот убийственный взгляд в твоих глазах, Айвз? — спросил Нельсон, уже ощетинившись в мою защиту. Черт, я любила его.

Я глубоко вздохнула, медленно выдохнула, затем глотнула вина.

— Хорошо. Давайте начнем с того, как он назвал мою "Литературную женщину" ужасным и оскорбительным произведением искусства.

Нельсон усмехнулся.

— Ну, по правде говоря, она всегда задумывалась как оскорбительная. Он совершенно не прав в том, что она ужасна. Хотя, тут нужно учитывать вкус. Он был красив?

Захватывающе красив, да.

— Что? — Я не флиртовала с ним, ты пропустил ту часть, где он оскорбил меня в лицо?

Хэнк и Нельсон обменялись ухмылками.

— Ага, ладно, не флиртовала, — согласился Хэнк, со всей хреновой саркастичностью. — И что было дальше?

— Как его зовут, этого невыносимого ублюдка? Или будем звать его просто НУ? — Нельсон одарил меня дразнящей улыбкой, а я уставилась на них обоих.