Аркаша покраснела еще больше, но теперь уже от гнева.

— Не игнорируй меня, Момо!

— Харэ звать меня «Момо», Шмакодявка!

— Момо? — На лице Джадина прослеживалась заторможенная умственная деятельность. Весьма безрезультатная, судя по злому сопению.

— С японского «персик».

— Точно, Рошик, ты ж вовсю пованиваешь персиками! Но я все-таки хотел бы вернуться к пунктику о коленках...

— Заткнись, Котяра. А ты, девка, еще раз назовешь меня «Момо», и я…

— Момо! Момо! Момо! Момо! — затараторила Аркаша, инстинкт самосохранения которой как-то незаметно сошел на нет.

Грегори издал протестующий возглас, когда, метнувшись вперед, Ровен вцепился в Аркашины волосы и потянул вверх. Девушке, как и в тот раз на станции Бездны, пришлось встать на цыпочки. От резких движений они столкнулись носами, а при следующем рывке Аркаша воспользовалась их близостью и боднула демона лбом в подбородок.

— Да вы что! Совсем озверели?!! — Грегори был слишком ошарашен, чтобы вмешиваться.

Осознав, что сохранность ее шевелюры вновь под угрозой, Аркаша тонко взвизгнула.

В запястье Ровена вцепились бледные пальцы.

— Отпусти. — Луми усилил хватку. Обычно тихий и молчаливый, однако прямо сейчас его взгляд и поза были отражением ледяной властности и мрачной стойкости.

— Не вмешивайся, Снеговик. — Ровен дернулся, пытаясь сбросить руку Луми. — Это наше с ней дело.

— Я бы предпочла публичность, — прохрипела Аркаша.

— Как видишь, девушка не желает привата с тобой. — Поверхность радужки глаз Луми зарябилась, словно водная гладь, пока не приобрела холодный голубой оттенок. Аркаша ощутила дуновение ледяного ветра и увидела, как стремительно посинела под пальцами Луми кожа Ровена.

— Жжется! — Демон зашипел и выпустил из рук Аркашу.

— Лед может жечь не хуже огня, демон. — Луми тоже отступил.

— Гаденыш. — Ровен тряхнул обожженной рукой, а в следующий миг уже шагнул вперед и вдарил кулаком в скулу снежному мальчику. Времени для замаха у него не было, однако силы удара хватило, чтобы сбить Луми с ног и заставить его прокатиться кувырком почти до основания центральной лестницы.

— Надо думать на кого катишь бочку, Снеговик!

Аркашу замутило — от страха, ненависти, вновь пережитой боли.

— Не трогай его! — С этим воплем она с разбегу запрыгнула на спину Ровена и начала молотить его кулачками.

— Отлично. — Грегори, настрой которого вновь метнулся от одного полюса к прямо противоположному, чересчур спокойно хлопнул в ладоши. — Я переквалифицировался. Теперь я заведующий детского сада. — Помещение наполнил яростный ор. — Нет, ошибочка. Я смотритель зоопарка.

Шипя и осыпая Аркашу проклятиями, Ровен дергался и подскакивал на месте, пытаясь сбросить девушку, а она, в свою очередь, с молчаливой педантичностью все сильнее вцеплялась в его волосы.

Новый подскок и резкий наклон. Тело Аркаши по инерции понеслось вперед, и она, отпустив демонскую шевелюру, наполовину провисла над полом вниз головой, продолжая держаться ногами за талию юноши. Левое плечо Ровена уперлось ей в живот, лицо вжалось в его грудь. Пока Аркаша лихорадочно соображала, не войдет ли демонское население в эпоху демографического кризиса, если она, пользуясь удобствами своего положения, задействует безвольно провисшие руки и вдарит обидчику по сокровенному, демон снова взбрыкнулся. Девушка, ойкнув, откинулась назад и провисла уже с другой стороны, выгнувшись дугой и упершись затылком в демонское седалище. С ее положения Грегори, Роксан и Джадин, чьи челюсти уже давно покинули привычное местоположение, казались гигантскими летучими мышами, приклеившимися пятками к полу-потолку.

— Спалю на фиг! — прорычал Ровен.

— Спички не потеряй! — Аркаша, сжав зубы, сильнее обхватила ногами демонскую талию и, напрягшись, подтянула тело вверх. Коля не зря заставлял ее до бесконечности качать чертов пресс — навык окупился.

Девичьи ногти, ища опору, царапнули кожу на шее Ровена.

— Девки — зло. — Джадин ошалело помотал головой. — Они царапаются.

Рука Ровена нащупала Аркашину челку и дернула. Взвизгнув, девушка, следуя по направлению рывка, согнулась, припала к шее юноши и в следующее мгновенье вцепилась зубами в демонскую ключицу.

— И кусаются, — ошарашено добавил Джадин.

— Вот это страсть, — восхитился Роксан. Его глаза оживленно светились.

— Жуть. — Грегори громко выдохнул. — Ровен, конечно, та еще скотина, и его давно пора было покусать. Сам бы сделал, да боюсь, посыл восприняли бы в несколько ином русле. Но хорошего понемножку. Кюнехелм.

— Все, брэйк, брэйк. — Аркаша охнула, когда рука Джадина вцепилась в ее воротник и оторвала от Ровена. Другая рука нефилима столь же «нежно» ухватилась за демонский шкирняк. Драчуны зависли в метре над полом, как пара нашкодивших котят. — Брэйк, я сказал.