Увлекшись умиротворяющими фантазиями, Аркаша не сразу заметила, что вокруг постепенно воцарилась тишина. Хрипы прекратились.

Тело Маккина под ее руками закачалось — русал начал поворачиваться. Опомнившись, Аркаша хотела отстраниться, но Маккин внезапно обхватил ее руками за талию и прижался лицом к ее животу.

— Тебе лучше?

Зеленые глаза ошарашено уставились на девушку. Аркаша встревожено нахмурилась и потянулась коснуться волос юноши в успокаивающем жесте, отчего его глаза расширились еще больше.

Пробормотав извинения, русал отодвинулся.

— Тебе правда лучше?

— Вполне. Твоя помощь... бесценна.

— Ой, да ладно, — смутилась Аркаша. Мысль о том, что она только что стала участником сцены, у которой в идеале даже зрителей быть не должно, не давала ей покоя. Кто захочет выставлять свои слабости напоказ?

Сконфуженно потирая затылок, Маккин молча двинулся вдоль здания, кивком головы приглашая Аркашу следовать за ним. Что бы ни говорил юноша, как бы ни храбрился, походка выдавала: он слегка прихрамывал и время от времени дергал плечами, будто реагируя на нервирующие его шумы.

Аркаша не стала предлагать Маккину помощь, позволяя ему ковылять самостоятельно. Часто после интенсивных тренировок Коля, прилагавший усилий больше всех в их команде, едва мог ходить, однако упрямо отказывался опираться на Аркашино плечо. Пободавшись всласть с ним по этому поводу, девушка смирились. В последующие разы она просто шла рядом, чтобы он не упал. Одно ее присутствие не позволяло ему упасть. Гордость, черт бы ее побрал. Сохранить мужское самолюбие гораздо сложнее, чем женское. Женщины способны легко переключаться на что-нибудь более сумасшедшее, заставляя окружающих забыть об изначальных причинах обиды.

Адреналин выветрился, слабость растеклась по телу подобно жидкому теплу. Утомленный разум на время отключился и запустился лишь тогда, когда Аркаша ощутила под собой мягкое покрывало.

— Ох, как же я устал, — простонал Маккин, плюхаясь на кровать напротив. — Словно мешки с камнями целый день таскал.

— Те же ощущения, — призналась Аркаша, отодвигаясь к стене. — Только в меня, видать, этими мешками кидали.

— Уповаю только на то, что после нанесения метки демонская аура не будет так сильно давить на восприятие.

Помолчав с полминуты, Аркаша все-таки решила спросить:

— Русалов с севера действительно боятся?

Маккин жалобно вскинул брови и, отвернувшись, смял край покрывала в кулаке.

— Честно говоря, это последнее, о чем я хотел бы говорить.

— Извини.

— Да нет. Ты заслужила знать правду о том, с кем напросилась жить.

— Извини. Ну, за то, что напросилась.

— Не извиняйся. Я у тебя в долгу. Уже дважды. — Маккин вцепился в покрывало и второй рукой. — Сыны Седны считаются весьма агрессивным народом. Мнение, не лишенное крупиц истины. В привычку русалов с севера входят подводные игрища. И, к сожалению, играть они любят с теми, кто не умеет дышать под водой.

— Что значит «играть»?

— Топить. — Маккин произнес это с таким лицом, словно речь шла о готовке пирога или игре в салки. — Боже, у тебя так лицо побелело.

— Не ожидала попасть на посиделки маньяков. Честно.

— Стоп. Ты подумала, что все русалы такие? — Дождавшись кивка девушки, юноша взбудоражено замахал руками. — Нет, я не это имел в виду! Не все мы ужасны! Но, к сожалению, репутация идет впереди нас, а злые языки лишь подпитывают общую ненависть.

— Макки.

— Да?

— Я не ханжа и уж тем более не та, кто имеет право кого-либо судить. Поэтому мне важно знать лишь одно.

— Что?

— Ты не собираешься меня топить?

— Да что ты! Конечно, нет!

— Чудно. Значит, поладим.

— Все свои? — слабо улыбнулся Маккин.

Устало прикрыв глаза, Аркаша подняла руку и показала соседу большой палец.

— Спасибо за понимание. Давай обработаю раны на твоих коленях.

Сон как рукой сняло.

— А сможешь?

— Если позволишь.

— Что-то у нас какая-то учтивость на учтивости сидит и учтивостью похлестывает.

— Это плохо? — расстроился Маккин.

— Не знаю. — Аркаша спустила ноги с кровати. — Приступай, док. Хуже уж точно не будет.

Покопавшись в сумке, юноша извлек флакон с голубоватой густой жижей.

— Живой поток. Натуральный, без примесей.

— Чума. Это надо глотать?

— Ни в коем случае! Наружное применение. — Маккин встал перед Аркашей на одно колено и, капнув на ладонь пару капель, принялся старательно втирать смесь в ее кожу вокруг ран. Мышцы под кофтой ходили ходуном от прилагаемых усилий, но пальцы касались девичьей кожи с порхающей легкостью крыльев бабочки.