Я весь кипел от возмущения и той лжи, которую слышал от спортивного директора. И меня сдерживало лишь то, что дал обещание агенту не влезать в ход переговоров.

— Как же вы не понимаете, сеньор Мигель, что мой клиент чётко даёт вам понять, что видит своё будущее в другом клубе. Зачем вы пытаетесь его удержать у себя? Вам же представители «Манчестер Юнайтед» предлагают за Алекса хорошие деньги. Или, по вашему мнению, шестьдесят один миллион евро за семнадцатилетнего парня недостаточно для сделки?!

— Сеньор Антонио, талант вашего клиента стоит гораздо больше. Владельцы клуба считают, что Алекс нам самим пригодится, — ухмыляясь, заявил спортивный директор и, посмотрев на меня, продолжил. — Благодаря нам, ты, Алекс, раскрылся как футболист и превратился в звезду мирового футбола. Ты будущее «Валенсии». У нас нет никакого желания выпускать из своих рук такой алмаз, который совсем скоро превратится в бесценный бриллиант…

После такого лицемерия я уже себя сдерживать не стал. Я прекрасно понимал, что, возможно, сейчас наговорю такое, что потом буду об этом жалеть, но мой рассудок в этот момент просто отключился.

— Сеньор Руис, о чём вы, вообще, говорите? Меня ведь взяли в команду лишь для того, чтобы попиариться на бедном мальчике, оказавшемуся в трудной жизненной ситуации и поднять на этом рейтинг клуба. Чтобы вся испанская общественность в один голос вам сказала: «Какие же вы молодцы!». Разве вы видели меня игроком основы? Или вы считаете, что моя зарплата по контракту соответствует оплате ведущего игрока команды? Да, блин, многие парни из молодёжки получают куда больше, чем я в основе. Думали, что я этого не узнаю? Кому я и должен сказать спасибо, так это своему агенту, выбившему из вас относительно хороший контракт для шестнадцатилетнего пацана, и главному тренеру, сеньору Кике, который поверил в меня и дал возможность постоянно выходить в основе. Или вы считаете, что я в чём-то не прав? Последний раз говорю, продайте меня в «Манчестер Юнайтед» и забудем всю эту неприятную ситуацию. Иначе я просто не буду играть за «Валенсию». Откажусь выходить на поле. Буду просто тренироваться и поддерживать свою спортивную форму. И мне похрену все ваши угрозы и штрафные санкции. Через год моего простоя вам уже никто такие деньги за меня не предложит. Останетесь ни с чем, — я не кричал, не переходил на повышенный тон. Просто говорил спокойным, уверенным голосом и смотрел в налившиеся кровью маленькие глазёнки сеньора Руиса.

— Мальчишка, что ты себе возомнил?! — моментально вспылил мужчина. — Или ты думаешь, что выиграл Кубок Мира и теперь тебе всё можно?! Ты неблагодарный человек, Алекс! И ты ещё о своих словах очень пожалеешь! — с неприязнью, брызгая слюной, выдавил из себя представитель клуба.

Вот я и увидел сущность и истинное лицо спортивного директора, которое скрывается за этой бездушной маской. Думаю, что господин Солер далеко от него не ушёл. Такой же алчный лицемер, которому личная выгода гораздо важней, чем успешное продолжение карьеры футболиста.

На удивление, Антонио вёл себя совершенно спокойно. И мне даже показалось, что его глаза смеются. Я не хотел больше участвовать в этом цирке. Очень хотелось послать эту жирную, наглую морду куда подальше, но всё же смог сдержать свои эмоции и не переходить на оскорбления. Всё, что хотел, уже сказал. Если руководители «Валенсии» не хотят конструктивно решать вопросы моего трансфера и находить взаимовыгодные решения для всех заинтересованных сторон, то это только их проблемы.

Молча встал, подхватил трость и пошёл на выход. Открыл дверь и, обернувшись, с улыбкой самого милого и послушного мальчика сказал:

— Сеньор Антонио, я вас буду ждать в машине.

В коридоре встретил массажиста команды Мануэля.

— Привет, Алекс! Рад тебя видеть. Ну и задал ты жару на Мундиале, — обнимая меня, сказал медик.

— Привет, Ману.

— Как твоя нога поживает? Зайти к нам в медблок не желаешь?

— В другой раз зайду. Я приехал на базу по личным делам. Первого числа выйду из отпуска и прямиком сразу к вам. Договорились?

— Хорошо, Алекс. Только не забудь захватить с собой выписку из медицинской карты, которую тебе выдали в Москве.

— Не переживай, не забуду.

Я спустился на улицу. Ни одноклубников, ни Дюши видно не было. Искать друга по всей базе не было никакого желания. Присел на скамейку и через минуту был атакован нашими «мальками» из академии, которые шли на занятия. Тренеры с трудом заставили двенадцатилетних пацанов продолжить путь на тренировку. Каких-то пять минут общения с детьми, а моё настроение кардинально улучшилось. Хотел уже звонить другу, но увидел, как Дюша идёт в моём направлении со стороны жилого корпуса. В этот момент на улицу вышел мой агент. Подойдя ко мне, он зачем-то долго разглядывал моё лицо, а потом подмигнул и улыбнулся.

— Владельцы твоего клуба, как у вас в России говорят, совсем зажрались. Видимо решили на тебе озолотиться. Теперь ты своими глазами увидел, как тяжело даются нам переговоры, — сказал агент и присел рядом со мной. — По своему переходу не переживай. До закрытия трансферного окна у нас есть ещё месяц. Один чёрт ты пока тренироваться и играть не можешь. К тому же, ближайшие полтора-два месяца будешь интенсивно восстанавливаться. Если твой вопрос так и не решится, то будем готовить иск в Палату ФИФА о расторжении вашего контракта. Понятно, что рассмотрение дела процесс не быстрый и затянется на несколько месяцев, но зато у тебя есть возможность стать свободным агентом и спокойно уйти к манкунианцам. Хотя, я сомневаюсь, что переговоры по твоему переходу дойдут до судебных споров. «Валенсии» это просто не выгодно.