Шрифт:
Мейс положил гитару, поднял руки, жестом приветствуя группу, и спрыгнул со сцены; в толпе открылся проход, позволяющий ему пройти. Проход закрылся за ним, когда подростки потянулись следом, и Мейс с довольной, уверенной улыбкой посмотрел на Джей Ар, направляясь прямо к нему.
Что-то в нижней части ступеней привлекло внимание Джей Ар.
Три существа спешили по полу, поднимаясь по ступеням к ним.
Джей Ар потянул Эрин и Лили к двери, призывая:
– Преподобный, идемте!
– Но Джефф!
– воскликнула Лили.
– Где Джефф?
– Просто идемте, мы сейчас же уберемся отсюда к черту!
Эрин тоже начала протестовать, но Джей Ар открыл двери и втолкнул ее внутрь. Он вышел за ними на парковку и направился в темноту.
Не было ни уличных фонарей, ни светофоров, ни освещенных окон; только фары машин на бульваре освещали ночь, отражаясь на мокром асфальте парковки в меняющихся, светящихся узорах.
– Господи, отключение электричества, - пробормотал Джей Ар.
Ветер бросил ему в лицо капли дождя, которые жалили, как галька; зазубренное щупальце молнии прорезало небо на юге, и последовавший за ним гром прозвучал как треск огромного ствола дерева.
Позади них, за двухстворчатым входом "Фантазма", Джей Ар услышал другой гром - гром голосов и торопливых шагов, смеха и криков.
– Где вы припарковались?
– крикнул Джей Ар Эрин.
– В квартале отсюда.
– Я ближе.
– Он помахал рукой Лили и преподобному.
– Пойдемте, давайте...
Двери распахнулись и ударились о стены со звуком двух выстрелов, и из них вышел Мейс, улыбаясь, с поднятыми руками и сцепленными локтями. Он опустил руки, и ветер разметал его волосы по голове, а тем временем подростки последовали за ним на парковку, вытекая из клуба, как течет кровь из открытой раны.
Мейс провел их между двумя рядами припаркованных машин, пройдя менее чем в десяти футах перед Джей Ар и остальными, как будто их там не было. Подростки, следовавшие за ним, были такими же шумными, как и в клубе, и их смех и крики разносились ветром, отдаваясь эхом по всей парковке.
Джей Ар с тошнотворным ужасом наблюдал, как они продолжают выходить из клуба. С некоторым облегчением он заметил, что не все из подростков последовали за Мейсом. Некоторые держались поодаль от группы, не отставая от нее, и кричали вслед.
– Думаешь, идти, Мэтти, что он собирается...
– Просто, вернись, пожалуйста, будет что-то плохое...
– Если уйдешь, между нами все кончено, ты понима...
За толпой следовали и родители, держась в стороне, на расстоянии, одни спорили между собой, другие звали своих сыновей и дочерей.
Дама плотного телосложения, одетая в плащ поверх униформы медсестры, орала:
– Черт возьми, Ронда, вернись немедленно, ты слышишь...
Невысокая чернокожая женщина держала сумочку над головой, чтобы защитить волосы от дождя, и взволнованно вышагивала, пока мимо проходила процессия подростков.
– Вернись к одиннадцати тридцати, Бет, - кричала она, - или будешь наказана на неделю!
Еще около пятнадцати человек - не так уж много, если учесть, скольких Джей Ар обзвонил, искали своих детей, выкрикивая угрозы наказать их. Джей Ар узнал в некоторых из них родителей, с которыми он разговаривал в тот день, но один особенно привлек его внимание. Он не узнал лица, но голос определил безошибочно. Мистер Брубейкер, отец Уэйна Брубейкера. Джей Ар уже имел с ним неприятный телефонный разговор, и выглядел он точно так же, как и представлялся во время разговора по телефону: короткие темные волосы, кустистая борода и усы, толстая шея, красная клетчатая рубашка под камуфляжным пуховиком. Брубейкер пришел в ярость, когда Джей Ар объяснил, зачем он звонит, и обвинил психолога в том, что тот пытается указывать ему, как воспитывать сына.
– Я вовсе не пытаюсь этого делать, - терпеливо ответил Джей Ар, - я просто стараюсь уберечь его от неприятностей.
– Ну, это моя работа, ясно?
– рявкнул мужчина.
– Неприятности - это моя работа, а вы держитесь подальше.
Джей Ар решил, что робкая женщина рядом с ним - миссис Брубейкер. Ее руки нервно трепетали по пуговицам длинного коричневого пальто, и она выглядела так, словно ее сейчас унесет ветром.
– Я знал, что нам не следовало приходить!
– крикнул Брубейкер.
– Лучше бы я не рассказывал тебе о том проклятом телефонном звонке.
Миссис Брубейкер вывернула шею, ища сына в проходящей мимо толпе.
– Я его не вижу!
– вопила она.
– А ты видишь? Ты его видишь?
– О, Господи, Барбара, он вернется, он всегда возвращается.
– Но я видела его всего секунду назад, он был прямо передо мной. Что-то здесь не так. Уэйн! Уээээйн!
– О, Боже, не надо сейчас стенать о нем!
Мейс вывел подростков за угол здания и повел по тротуару на Ланкершим. Из клуба еще выходили несколько человек, спеша догнать толпу. Джей Ар прикинул, сколько их всего. Сто пятьдесят? Двести? Больше?