— Жор, да ты сам прикинь, зачем им такие проблемы по столь пустяковому случаю? Я ведь никому дорогу не переходил. На соревнованиях выиграл честно, а потом отбился от нападения один против троих. На стрелку пришел, как и договаривались, со своими парнями, без оружия и нигде не сподлянил. Смысла меня ломать, им нет.

— Ладно, в том, что ты говоришь, есть какой-то смысл, — подумав, вздохнул Гонгадзе. — по своей линии я тебя прикрою, скажу Сашке, чтобы он тебя не прессовал. Надеюсь, твой товарищ слово в слово повторит то, что ты рассказал Сашке.

— Обязательно подтвердит — кивнул я.

— Я организую тебе встречу с одним авторитетным человеком из Заводского. Поговори с ним, расскажи, как было, он пообщается с там своими. Думаю, можно будет закрыть этот вопрос без дальнейшей эскалации.

— Спасибо, Жора! — горячо поблагодарил я товарища.

— Только смотри, Юрка, не в какую хрень не лезь больше.

— А я и не лез, хрень меня сама нашла- улыбнулся ему я.

Нас выгнали из зала. Точнее, выгнали меня, ну и всех нас, получается, тоже. Разъяренный отец Армена прибежал к нам рано утром. Мать еще не ушла на работу, и весь концерт по заявкам зрителей произошел прямо при ней. Меня вчера отпустили из райотдела милиции достаточно поздно, поэтому, ничего не говоря матери, которая уже собиралась ложиться спать, я помылся, наскоро перекусил и тоже лег спать. Утром без десяти семь раздался длинный звонок в дверь. Кто-то настойчиво трезвонил не переставая. Мать открыла входную дверь, и я, сквозь закрытую дверь в свою комнату, услышал истошные мужские вопли. Хорошо, что после вчерашних событий я решил пропустить утреннюю пробежку и оказался дома. Как я вчера и думал, на утро боль от многочисленных ушибов, полученных в драке, дала о себе знать, поэтому я, вместо полноценной утренней тренировки, аккуратно разминался в своей комнате. Услышав вопли, я, как был в одних плавках, выскочил из комнаты в маленький коридор и увидел там картину маслом. Отец Армена — полный усатый мужчина лет сорока, аж подпрыгивал от возмущения.

— Вчера из-за вашего сына моего Арменчика чуть не убили! — брызгая слюной, орал он. — Это ваш отморозок потащил его на ту драку. Арменчик всегда был таким послушным и воспитанным мальчиком. Он никогда ни в чем таком не участвовал, пока не стал тренироваться с вашим оболтусом и бегать за ним как собачонка.

Ошарашенная мать, кутаясь в халат, смотрела на беснующегося мужчину и даже не могла вставить слово.

— Васген Арутюнович. Да успокойтесь вы, какая драка? На нас вчера хулиганы напали на улице и вашего сына немного поранили. Но все в порядке, в больнице сказали, что никаких жизненно важных органов не задето, и через пару недель Армен будет как новый. — попытался успокоить бушующего отца Армена я.

— Ты мне тут не рассказывай сказки, — взбесился еще больше тот, повернувшись ко мне. — Это Армен тебя покрывает. Он и мне так сказал, что на вас напали, и милиции, которая его опрашивала. А на самом деле, вы ходили специально драться с такими же бандитами, как и ты. Мне наш младший Ашотик все рассказал. Ему Армен похвастался вчера утром, что вы вечером будете драться с бандитами из Заводского. Жаль, что я раньше не узнал. Запер бы Арменчика дома, и с ним было бы все в порядке.

Да, блин, незадача. Армен, видать, разболтал все младшему двенадцатилетнему брату. Явно хотел похвастаться, а тот, услышав о ранении старшего брата, сразу выложил все родителям. Вот уж гаденыш мелкий, язык без костей. Надо как-то гасить этот напор. Да вот как успокоить разгневанного отца? Я, в глубине души, его прекрасно понимаю. Сам бы, наверное, на его месте, себе бы еще и по шее накостылял за такое.

— Васген Арутюнович, не кричите, пожалуйста. А то вы нам всех соседей переполошите. Утро же. А вчера, это случайно получилось. Того человека, который Армена ударил, я уже наказал.

— А матери Армена и мне от этого легче что ли? — зло выдохнул отец Армена. — Нам от твоих извинений не холодно, не жарко. У нас вчера сына чуть не убили, а ты просто извиняешься и говоришь, что наказал того негодяя, который нашего Армена чуть не зарезал. Да его в тюрьму надо лет на десять как минимум. И тебя вместе с ним, чтобы тебе неповадно было хороших ребят с толку сбивать. А ведь мы тебя всегда считали таким примерным мальчиком и хорошим другом, а ты вот каким бандитом оказался. Я еще в милиции все расскажу про твои дела. Пусть они там тобой займутся.

Дело принимало плохой оборот. Мне совсем не нужно, чтобы отец Армена устраивал скандал в милиции. Армен — он как телок, куда скажешь, туда и пойдет. И своего отца он сильно боится. Если на него насядет с одной стороны отец, а с другой стороны менты, он может поплыть и расколоться. С одной стороны, мне-то все равно ничего не будет, потому что, ничего криминального ни я, ни мои парни не совершили. Но, с другой стороны, мне еще поступать в институт, и репутация зачинщика групповой драки с последующей постановкой на учет, мне совсем не улыбалась. Да и моим ребятам эти проблемы ни к чему. Они в нужный момент пришли мне на помощь, и не должны от этого пострадать. Я просительно посмотрел на отца Армена.

— Подождите минуточку, я сейчас оденусь и все вам расскажу.

Быстро ворвавшись в свою комнату, я накинул на себя спортивный костюм и бросился обратно в коридор. Там, уже немного успокоившийся Васген, желчно перечислял ошарашенной матери мои многочисленные прегрешения. Я подошел к нему и взял его под руку.

— Васген Арутюнович, давайте с вами по-свойски, можно сказать, по-соседски переговорим и уладим этот вопрос. Мы же с вашим Арменчиком вместе с детства выросли, и всегда дружили, зачем нам с вами ссориться?