Из коммуникатора послышался голос Воритака:

— Водосток номер пять представляет собой искусственный канал тринадцати метров длиной, впадающий в подземный поток. В него стекают воды с пола пещеры, канализационные отходы из жилых помещений и отбросы из кухни.

— Спасибо за информацию. Еву Айсберг уже вывели из дистатического состояния?

— Мы этим занимаемся. Сейчас она отдыхает в кресле.

Моя персона должна сказать вам, что администратор Ру Локинак не верит в вашу гипотезу о существовании другого выхода из пещеры. Он отказался сообщить о ней остальным, чтобы не возбуждать ложных надежд. Скоро он начнет читать священные тексты созерцания смерти. Есть у вас какие-нибудь обнадеживающие данные, которые я мог бы ему передать?

— Пока нет, но прошу вас оставаться на связи.

Выключив переговорник, я установил инерционный одометр навигационного прибора на ноль. На табло обратного отсчета светились цифры 69 и 3.

Фонарик у меня в сумке был очень маленький. Тонкий лучик не высветил в водостоке номер пять практически ничего, а глаза пока не привыкли к темноте. Я снял халукский форменный пиджак и шлем и бросил их на пол. Парализатор «алленби», снабженный ремнем, висел за спиной. Я пригнулся и шагнул в воду. Она была мне по колено.

— Оставайся здесь, — сказал я Мэт, направившейся было за мной. — Зачем нам мокнуть обоим? Один я управлюсь быстрее. А ты ступай назад и попробуй организовать остальных. Только без оружия… Я буду докладывать о своих успехах Воритаку.

— Я лучше подожду тебя здесь. В случае чего — крикни.

— И что тогда? Ты приплывешь меня спасать?

— Конечно! Я классная пловчиха, особенно в канализации. — Мэт криво усмехнулась. — Иди, ковбой. Делай что положено. Хотя вряд ли этот водосток ведет на свободу. Если халуки бросили в него Айвора, чтобы он утонул, как мог несчастный чешуйник пройти этим путем и благополучно выбраться наружу?

— Айвор был без сознания, когда его бросили в воду. А бедный Халурик брел себе и брел… Если я увижу что-нибудь интересное, трижды мигну фонариком. А если там тупик, то мигну дважды по два раза и вернусь. Пока, крошка Мэт. Ты лучше всех.

Она только кивнула в ответ.

Я зашагал вперед, стараясь идти как можно быстрее. Днище водостока было скользким, особенно для моих резиновых подошв. Уровень воды поднялся до промежности — и остановился Вода была ужасно холодной, но канализационные отходы в ней не плавали — пока.

— Вроде все нормально! — крикнул я силуэту Мэт, озаренному золотистым светом пещеры. — Течение довольно слабое.

Я продолжил путь, держась левой стороны водостока и освещая чернильные воды фонариком. Чуть погодя я сверился с навигационным прибором. Через тринадцать метров труба закончилась, сменившись неровными известняковыми стенами. Уровень воды поднялся еще на несколько сантиметров, зато теперь я смог выпрямиться, поскольку естественный туннель был повыше.

Я остановился и обвел вокруг фонариком. Капли, срывавшиеся со сталактитов, разлетались в стороны, ударяясь о мою голову и плечи. Справа я увидел сточное отверстие, через которое в туннель извергалась всякая дрянь, а слева на стене — очень узкий выступ.

Это была своего рода горная тропинка, проложенная над водой. Не без труда забравшись на нее, я с облегчением вылез из потока. Дальше выступ немного расширялся, как и сам туннель. Зловоние усилилось, побуждая меня ускорить шаг. Я светил фонариком себе под ноги, чтобы не сорваться вниз.

Одолев довольно солидное расстояние, я остановился, чтобы определить свои координаты. На крошечном экранчике появились данные: оказывается, я прошел почти по прямой девяносто три с половиной метра в южном направлении.

Обернувшись, я увидел маленькую фигурку Мэт и просигналил ей три раза. Она помахала рукой и ушла.

Пока вроде все нормально.

Я посветил вокруг. Потолок высотой метров в десять был усеян тонкими острыми сталактитами; они постоянно роняли слезы в мутный поток, на поверхности которого теперь плавала целая куча всякого дерьма. Слева от меня почти вертикально уходила ввысь стена с небольшими выступами. Впереди я заметил длинную тень.

Как выяснилось, это была довольно сухая пещера размером с комнату и с достаточно большим входным отверстием, в которое мог пройти человек… или же халук. На длинной каменной глыбе, служившей столом, стояли незажженная халукская лампа, несколько закрытых канистр и какая-то настольная игра. По обеим сторонам располагались камни поменьше, обтесанные сверху и заменявшие табуретки. Вдоль стены аккуратными шеренгами выстроились десятки прозрачных сосудов причудливой формы. В каждом из них было около пяти литров бесцветной жидкости.

Я откупорил сосуд и понюхал. В ноздри, очистив их от мерзкой вони, ударил до боли знакомый запах спирта.

Короче, я наткнулся на потайную комнату отдыха чешуйчатых рабочих.

Очевидно, бедный Халурик и его толстокожие бесполые товарищи пытались развеять здесь тоску после трудовых будней. И однажды Халурик, обильно промочив горло, вышел из доморощенного кабачка и свернул не влево, а вправо.

Поборов искушение самому отведать экзотического эликсира, я вышел из пещеры и углубился в туннель. Метров через пятнадцать — двадцать потолок резко понизился, а сам туннель свернул вправо, уходя в кромешную тьму. Свет из отверстия водостока сюда, естественно, не проникал.