Даже после этого жжение никуда не делось, поэтому я поспешил покинуть разлом. Вот только и вне разлома мне не стало лучше.

Максим посмотрел на меня, но ничего не сказал. Я, закрыв глаза, заглянул в себя, наблюдая за тем, как синим светом пульсирует сфера. Постепенно боль начала сходить на нет, но это неприятно.

Такое ощущение, словно сфера живая. Она контактирует лишь с энергией разлома, вот только это вообще не должно быть возможным, потому что сфера долгое время пробыла в подвале, где нет энергии разлом.

Если только… разлом не открылся где-то под замком… Остаётся надеяться, что этого не случилось. Иначе у меня большие проблемы. Энергетический фон Родового источника вполне мог перекрыть фон разлома. И именно поэтому разлом мог быть и не обнаружен.

Подождав, пока боль утихнет полностью, я кивнул Максиму и вновь вошёл в разлом, чтобы провести ещё один эксперимент, а именно: на сколько меня хватит, пока сфера вновь не начнёт поглощать энергию.

По итогу вышло около тридцати минут.

Я вышел из разлома и пошёл к машине.

— Поехали, заскочим в замок и сразу в разлом, — произнёс я.

Максим кивнул и полез на своё место. Мы добрались до замка, где я отдал Максиму поручение, чтобы захватил побольше сыра, соуса, колбасы и мяса.

— Зачем тебе столько? — удивился Гриша, который спустился на шум.

— Да так, — улыбнулся я. — Хочу попробовать одну идейку.

— Какую? — спросил он.

— Потом узнаешь, если получится, — я махнул рукой. — Это не секрет, просто… немного безумная идея.

— Ладно, — он улыбнулся. — Учитывая то, что ты это говоришь — значит точно всё получится.

Максим вернулся, таща на себе мешок припасов. Он загрузил его в багажник и посмотрел на меня. Вот только не только он смотрел на меня, но и ещё парочка служанок, которые были неподалёку.

И ведь наверняка сейчас у всех в голове одно — что их глава сошёл с ума. Я вздохнул. Эх, таков он, удел самопровозглашённых гениев, быть ни кем непонятыми.

Мы сели в машину и вновь поехали к разлому в шахте. По прибытию, Максим вытащил мешок и водрузил его себе на спину.

— Дальше я сам, — подошёл я к нему.

Парень сделал пару шагов назад и помотал головой, а затем заговорил:

— При всём уважении, глава, но нет. Я хоть так помогу вам в вашем деле. Да и кому-то надо светить фонарём.

Я посмотрел на него, а потом махнул рукой. Ну хочет он побыть мулом — пусть будет. В конце то концов, он взрослый парень и может принимать взвешенные решения сам.

Я включил фонарь, и мы начали спускаться. Когда оказались у разлома и Максим опустил мешок, я передал ему фонарь. Не сидеть же ему в темноте.

— Ни в коем случае не заходи в разлом, — произнёс я, смотря на него. — Это приказ.

Увидев подтверждение в виде кивка головой, я решил сперва просто войти в разлом и убедиться, что там нет волков. Однако, стоило мне войти внутрь, как я увидел небольшую проблему. Ну как, небольшую…

На меня смотрела огромная морда с парой, размером с баскетбольный мяч, жёлтых глаз.

Ну здравствуй, варг.

Особняк Рода Сайевых, кабинет Бориса Сайева

Сайев Борис рвал и метал, буквально. Схватив со стола очередную папку отчётов, он разорвал её и раскидал во все стороны, а затем принялся пинать ногами.

Закончив, он, тяжело дыша, облокотился на стол, пытаясь перевести дыхание. Снова провал, опять, в который раз, а образцы заканчиваются.

Нет, результат был, но не тот, на который он рассчитывал. Испытуемый с меткой каждый раз сходил с ума и превращался в полу-умного, а затем в чёрное чудовище, которое в последний раз им кое-как удалось остановить.

Ещё и брат полудурок каким-то образом проиграл мальчишке в схватке и погиб. Идиот. Это же надо было додуматься, сражаться в разломе, да ещё и один на один. Мог бы хоть испытать образец… который теперь непонятно где.

Нужны новые образцы, вот только добывать их стало в разы сложнее. Штаб стражей зашевелился и теперь тщательнее отслеживает свои группы.

Поднявшись, Борис посмотрел на свой стол, затем не выдержал и ударил по нему кулаком. По столу пошла трещина, но он не развалился. От негодования мужчина пнул его ногой и только после этого стол развалился на две части.