Шрифт:
– Кое-что есть. Ты сюда ещё кого-то притащил? Это они будут тут город городить?
– Вместе? Вряд ли. Не передрались бы…
– А ты их не для того ли и притащил, чтобы бородёнки друг другу повыдергали?
– Я такой предсказуемый?
– Островок уж больно хорош. Не верю, что ты кому-либо его продашь, тем более отдашь.
– Подумаю ещё… Так что ты решил? Будете здесь добычу вести?
– Да. Но если больше ничего не найдём, то тут работы для семерых на месяц. Остальное пусть люди ковыряют. Медь есть, железо, но руды слабые и мало.
– Хватит для нужд городка тысяч на пять человек?
– Да. Мы тут слегка постучим, потом для людей поудобнее сделаем. Бесплатно.
– Это ты намекаешь на то, что некую неизвестную руду, о которой ты почему-то говорить не хочешь…
– Два миллиона сверху!
– По рукам!
– Держи тогда письмо. Отдашь его из рук в руки Дилу. Он поймёт. Потом его с братьями нужно будет сюда привести.
– Ого. Семейное дело? Никого посторонних? И что же такое я тебе продал?
– Продал, но не прогадал. Остальное неважно. Люди всё равно добыть не смогли бы. Даже не нашли бы… Даже ты!
– Сделка есть сделка! Буду ждать брата Дила с его братьями. Что бы это не значило.
– Во, во. Топай! У меня дел полно.
– До встречи.
Топать – это я могу, и на корабле увидел обоих спутников в разных частях корабля. Твен на корме, Фарлоу у бушприта. Поговорили…
«Когда в товарищах согласья нет,
На лад их дело не пойдёт,
И выйдет из него не дело, только мука.
Однажды Лебедь, Рак, да Щука…»
Щуки пока нет, но я что-нибудь придумаю. Канаду какую-нибудь или Австралию к этому дуэту. Спеться у них не получится. Как сказали мы с Цезарем: «Разделяй и властвуй». Интереснейший был человек, жаль пообщаться нельзя. Хотя… Кто знает, что там замутил Четвёртый?
Моё появление было замечено, и подошли они оба. Быстро, но молча и не глядя друг на друга. Перемолвились…
– Господа, я свои проблемы здесь решил и, если вы увидели всё для себя важное, то предлагаю вернуться в Столицу. У нас будет время подумать и принять решения.
Ответить они не успели, и вернув их обратно, ещё раз полюбовался на будущий парк. Мы вежливо простились по-английски.
Глава 7.
«1»
Михалыч.
Застал лидера Ветеранов в штабе замка. Грустный и одинокий:
– Привет, Михалыч. Рад видеть, не так просто с этим стало.
– Здравствуй. А тебе не икалось? Я тебя разными словами поминаю каждый божий… Не жизнь, а бардак! С женой даже по телефону поговорить времени не хватает. Я по твоей милости в Москве почти безвылазно и не вижу шансов вернуться домой в ближайшее время. И прежде был уверен, что в столице слишком много кабинетов, хозяева которых считают, что могут и обязаны влиять на всё происходящее в стране. Теперь пришлось посетить их едва ли не все…
– Я слышал, что в Москве у Ветеранов есть вполне приличное здание для нужд клана.
– И что?
– В нём тоже есть кабинет… И ситуация сейчас уже такова, что большинству тех, кого ты посетил, разумнее было бы самим прийти к тебе… Расклад сил радикально изменился. Всех, кроме одного, чиновников в России могут попросить освободить место. Так было раньше. Сейчас таких неприкасаемых двое. Лидера ветеранов уволить не сможет никто! А рост влияния твоего клана все увидели в ходе недавних событий.
Ведь спокойное развитие событий у нас в России в результате целого ряда мер, предпринятых известной всем группой олигархов, стало быстро выходить из-под контроля. Зашевелилась как настоящая оппозиция, так и грантоеды. Это далеко не всегда одно и тоже. Ветераны же оперативно вмешались, поставили на кон свой авторитет, и это сработало. Миллионы сознательных граждан пришли именно на те митинги, которые проводили члены твоего клана почти во всех городах страны. Идея из окружения Алой о трансляции совещания на телефоны тоже оказалась удачной.
В результате оба ваших клана показали нашей стране и всему миру, как нужно проводить такие массовые мероприятия. Весь мир ахнул! Запад до сих пор в шоке. Люди спокойно собрались, показали руководству страны и вообще всем, что думают и кого поддерживают в вопросах, связанных с Террой, проголосовали в традициях Новгородского вече и спокойно разошлись. То, что после них нигде даже мусора не осталось, особенно поразило англичан, да и всех прочих. Организация митингов, которая выше любых мировых стандартов – целиком твоя заслуга.