Шрифт:
– Может, передумаете? Зачем это вам?
Девушки потрясенно на меня посмотрели. Да, уж, вот так отказываться от работы и отговаривать клиенток от заказа у нас было не принято, и не практиковалось.
– Нет! – вдруг резко и твердо заявила Гульнара. – Я должна убедиться, что Ратмир меня любит!
С этими словами она торопливо ушла, эффектно покачивая узкими бедрами.
– Да ты чего? Зачем ты ее отговаривала? – возмутилась Эльвира.
– Да ла-адно тебе! Все! Заказчица не отказалась, будем считать – пронесло, – отмахнулась Наташа.
Я только коротко пожала плечами и суетливо отправилась на выход. Действительно! Чего это я? Сама не понимала.
Просто мне почему-то очень хотелось верить, что есть мужчины, уровня Ратмира: красивые, горячие, эффектные чуваки, которые своим женщинам не изменяют. Я словно поставила себя на место Гульнары. Хотя куда мне на ее место! Я ведь не балерина и не такая худая. Думаю, Ратмир выберет Эльвиру, если вообще, действительно, охладел к своей приме, с которой у него все расписано по годам.
Может ему банально страшно перед свадьбой. Мужчины часто паникуют в таких случаях. Особенно богатые, эффектные, и такие, на которых женщины пачками засматриваются.
Домой я приехала в смешанных чувствах.
Всю дорогу в такси рассматривала фотки.
Да, это был Ратмир. Без всяких сомнений. Хорош ведь, гад! Шикарный образчик!
Что ж, будем надеяться, что ты все-таки верный.
Эх! Мне бы лет десять отмотать назад в паспорте, жизнь начать с начала и встретить Ратмира…
Я отмахнулась и принялась убираться в доме, поскольку уборщица у нас заболела, а новую я никак не могла выбрать из кандидатов.
Глава 3
Ратмир
Она давно замужем. У нее сын.
Не знаю, обрадовался я или расстроился. Весь был на каких-то смешанных эмоциях. Зачем-то позвонил Гульке и сообщил, что свадьбу откладываю на неопределенное время. Мол, нам требуется еще подумать, привыкнуть друг к другу.
Я и сам не понимал – что со мной происходит.
Закрывал глаза – и видел Алию. Не Гульку, даже голую, даже в двусмысленной позе, всю такую податливую, изящную и готовую… А именно Алию, и в таком виде, и в сяком.
С другой стороны, я прекрасно осознавал, что она имеет семью и я ей по барабану. Она это очень хорошо дала мне понять, когда отказалась пойти в ресторан. А едва приехали к дому – просто сбежала. Я даже слова сказать не успел.
Зачем мне нагло влезать в чужую семью? Зачем мне пытаться ее развалить?
Я ведь не знаю – действительно ли, Алия меня зацепила всерьез и надолго. Может это просто внезапное увлечение. Или влечение, уж не знаю, что правильней.
Целый день я метался от решения к решению. Я мог попытаться снова с ней встретиться. И очень хотел. Даже поехал, вместо того чтобы встретить Гульнару, отправился к Алие, стоял возле ее дома. Когда же машина ее мужа посигналила: мол, мужик, ты проезд загородил к нашему коттеджу, я газанул и унесся куда-то. Летел по темнеющим улицам города, и видел, как Гуля строчит эсемески.
«Ратмир… Дорогой. С тобой все в порядке? Ты еще никогда меня встретить не отказывался. Тем более – вот так, при помощи сообщений. Может позвонишь или мне позвонить?»
«Ратмир. Ты здоров? У тебя все нормально?»
«Ратмир. Тебя на работе задержали или что?»
Я несся мимо сверкающего шлейфа витрин, мимо сутулых столбов фонарей… сворачивал, ехал, и снова сворачивал, не в силах ответить и поговорить со своей Гулькой.
Что ей сказать?
Я брежу другой?
Но она замужем, и я растерялся?
А может все это – предсвадебная лихорадка? И я про Алию быстро забуду?
Эта мысль меня как-то сразу взбодрила. Я притормозил на стоянке машин и поспешно набрал номер Гульнары.
– Привет! – радостно пропела в трубку невеста.
– Привет. Я немного задерживаюсь на работе. Сама знаешь – Беркут иногда сильно настойчивый.
– Ну, слава богу! А я уж решила…
– Что ты решила?
– Что ты тихо сходишь с дистанции прямо перед женитьбой.
– Я никуда не собирался сходить, – безапелляционно солгал я Гульнаре.
– Значит, ты придешь завтра на танцы?
Мать твою! Танцы! О них я забыл!
– Приду, – произнес твердо и четко.
Первый порыв – отказаться, соврать, что буду по-прежнему занят делами, сразу сменился совершенно другим. В танцах моей Гульке равных еще не было. Я любовался и заводился. Она меня распаляла на занятиях, как факел. Вот она – возможность забыть Алию. Отбросить любые мысли о ней.