Пока.

– Яровенко, 24… - Зомби назвал адрес, надеясь, видимо, что его отпустят.

Ага, нашел диотов…

Сунув сердце зомби ему в руки, Лешенька сбил его с ног, в два пинка сломал ноги, выгибая их в противоестественную сторону и засунул в багажник, постоянно застеленный полиэтиленом, «на всякий случай».

– Отправить туда парней? – Лешенька, успокоившийся за рулем, глянул на меня в зеркало заднего вида.

– Лучше ментов. – Я пожал плечами. – А еще лучше бы туда бомбу, пятисоточку, фосфорную…

Оставшуюся дорогу провели в тишине.

Лешенька думал о своем, а я, гм, о своем.

А в багажнике бултыхался зомби, тоже, думая о своем.

И ему было проще всех думать – просто потому, что сейчас я отдам это порождение немертвых моим девушкам и они вытянут из его, и без того крайне побитых мозгов, все, что он хоть мельком видел.

А если не вытащат они, тогда приду я…

Можно было сразу «руки наложить», но лучше это делать с удобствами, чем на бегу.

Проскочив кольцо, вывернули на дорогу-дублер и уже через десять минут въезжали в ворота строящегося поселка.

Вот только…

Ворота были открытые, народ нихрена не строил, а на будущей центральной площади примостилось пяток американских машинок с отсутствующими номерами.

– Надеюсь, они все живы… - Вырвалось у меня с искренней болью. – Иначе, нахрен, не отмоемся!

Перекрыв выезд, мы с Лешенькой выбрались на свет божий и пошли разбираться с новыми проблемами.

И, к сожалению, немного не успели.

В тот момент, когда мы, разобравшись, где весь народ тусит, подошли, последняя голова благополучно исчезла под бетоном.

Под хорошим бетоном!

А нырять за кем-то, у меня не было желания ни приказывать кому-то, ни самому мараться.

Самое обидное, что фундамент теперь станет хуже!

А ведь я тут хотел бассейн забабахать.

Крытый.

А теперь придется какой-нибудь монумент делать…

Я прищурил глаза, представляя себе здоровенную, тополиную аллею, упирающуюся в монумент Терминатору, разрывающему пасть губернатора, насаженного на вилы и ухмыльнулся.

Пирамидальные тополя – идея прекрасная, а вот насчет Терминатора надо помозговать!

– Максим Федорович! – Прораб, нанятый за отдельную сумму, битый еще советской властью калач, при виде меня просто расцвел майской розой. – Вам тут несколько машин, в подарок подогнали, некие не известные…

Врал – и не краснел!

Силен, шельма, не отнимешь!

– А телефоны «неизвестных» в ткань фарадея, случаем, не завернули? – Бесхитростно полюбопытствовал я, чувствуя, что с этим прорабом меня ждет немало открытий.

– В коробочках лежат… - Григорий Вениаминович развел руками. – Вместе с портфельчиками и прочими ключиками…

– Замечательно…

– И одежка там же…

– Вы их голышом?! – Лешенька выпучил глаза. – Того?! Туда?!

– А костюмчики прекрасные, зачем добру пропадать… - Пожал плечами наш варвар-прораб. – Это телефончики-ключики сейчас электронные, а тряпки всегда тряпками останутся.

Достав из кармана телефон, связался с Зарей и попросил прислать наших «электронщиков», пусть в технике покопаются, «слесарей», пусть в машинках покопаются и сыщиков – пусть в шмотках покопаются, глядишь, это просто быки приехали права качать и никого «высокопоставленного» мы в бетонные плавочки на залили.

Но это, как я понимаю, совсем уже вряд ли.

– Григорий Вениаминович… Отличившимся, пожалуйста, премию и две недели отпуска, чтобы не болтанули чего, остальных…

– Остальных проинструктирую. – Прораб дернул плечом, как бы намекая, что на его стройках и не такое бывало.

А, может, и в правду – бывало?

Судя по возрасту, этот дедок явно в лихих 90-хх свой бизнес мутил!

Ну, или, как вариант, знал толк в подобных мутках.

Эх, не хотел я уголовки, как свет ясный, не хотел!

– Кстати… - Я вспомнил, что не задал простой вопрос. – А чего «этим» надо-то было?

– Да, как обычно… - Прораб тяжело вздохнул. – Экологию нарушаете, пожарную безопасность не соблюдаете, место под солнцем занимаете…

– На пяти машинах?! Ради такой фигни?! – Я искренне удивился. – Совсем больные…

– Ну, почему на пяти. – Позади прораба стоял парнишка-охранник. – На девяти. Просто четыре были простенькие, мы их сразу и отогнали в сторонку.

– Гриша… - Я сделал глубокий вдох. – Сколько народа вы под бетон загнали?!