Шрифт:
Камера вертолета выхватывала то догорающие машины, то дымящий корпус медеплавильника, ставшего отправной точкой трагедии.
Мир лежал у меня на плечах, вдавливая на все семнадцать этажей и две парковки, под землю.
Диктор вещал, что подобное – результат невозможного, чудовищного, стечения обстоятельств, вот только никто ему уже не верил.
Это зимой было «стечение обстоятельств», а вот сейчас – преступная небрежность!
Щелкая пультом, нарвался на европейский канал с улыбающейся, словно злорадствующей женщиной-диктором и прислушался к ее тексту, тем более что кадры за ее спиной сейчас, наверное, крутят все каналы.
« Очередная техногенная катастрофа… Унесла более сотни тысяч жизней… Облако ядовитого газа скоро достигнет границ Польши и Германии…» - Диктор на голубом глазу несла дичайшую дичь, улыбаясь при этом так, что становилось понятно – она искренне рада гибели «сотен тысяч» и еще больше радоваться будет, когда счет пойдет на «миллионы». – «Мы не потерпим русской расхлябанности… Угроза всему миру…»
Существа в аккуратных костюмчиках по очереди и без оной высказывались, вылаивались, а я вспоминал, как они скулили.
Руки сжали чашку, разлетевшуюся на осколки.
За окном темно.
А на окне теперь уже призрачный образ человека, с которым мне было теплее всего.
Две туманных фигуры Старейшин, заявившихся пораньше специально, чтобы занять самые удобные места тихо и степенно подошли ко мне и принесли свои соболезнования.
Да, даже такие монстры как вампиры, могут соболезновать.
А вот люди…
Я мысленно попрощался с Маршан и развернулся ко все пребывающим гостям.
У меня теперь есть время на работу…
Глава 9
… - Вы уже управляли этой моделью? – Девушка-инструктор подозрительно смотрела на меня, а я пытался выкрутиться, ведь сказать ей правду, что за штурвалом именно этой модели вертокрыла я точно не сидел и не управлял, но вот за его старшим братиком и всей их семейкой – точно водился.
– Ага, в симуляторе… - Я вздохнул, понимая, что отмазка – реально – идиотская! Ни на одном симуляторе так не поставишь руку и по приборам скользить взглядом точно не научишься.
– А-а-а-а, - разочаровано протянула Машенька, ставя на своем учительском планшете отметки о сдаче летного экзамена. – Наверное, много «летали»?
Сказать бы ей, что всю «Пятиминутную войну», но нельзя!
Мне вон один из Старейшин, возвернувшись из турпоездки по полякии, привез подарочек с надписью «UWAGA! POSZUKIWANY!» с моим портретом и наградой в триста тысяч злотых!
Не простили мне гордые шляхтичи того налета и всех тех, последующих, тоже не простили!
Да и пофиг на них.
И на чехов с венграми – совершенно пофиг!
Пусть молятся, что война была «Пятиминутной», а не столетней!
– Максим Федорович, сейчас мы вернемся в аэропорт и вы окончите экзаменационные… - Машенька отчего-то засмущалась так, что раскраснелась спелой помидоркой…
А, нет!
Это я в такт мыслям заложил на «домашней и милой вертушке» самый настоящий боевой разворот, наслаждаясь перегрузкой и чуткостью управления.
Вот, всегда обожал Милевские игрушки!
Камовские, конечно, изумительны, но вот Милевские это ж песня какая-то!
У Сикорского и Локхида они квелые, хоть транспорты, хоть боевые, а вот наши мне исключительно нравятся!
На последок еще раз «клюнул» носом обозначая ракетную атаку по наземным целям и вышел из «режима».
Вот, вроде и не может быть у вампира выделения адреналина, а поди ж ты – есть!
– Хулиган! – Выпалила Машенька, даже не пытаясь перехватить управление. – Мальчишка!
Я согласно покивал головой.
Мальчишка, да.
А что в этом плохого?!
Или лучше обрюзгло осесть с пивом у телевизора?!
Скользя по приборам, любовался открывающимся видом.
Леса-леса-леса вокруг, от края и до края! И слева леса, и справа!
– Курс 34, вдоль реки. – Машенька снова что-то отмечала в своем планшете, а я ловил себя на том, что очень не привычно вот так нагло лететь на виду у всех, выделяясь, как тополь на Плющихе и не бояться, что сейчас из зеленого моря листвы по мне не отработают из чего-то весьма быстрого и смертоносного.