Он наморщил лоб.

– Ты боялась смерти?

Эрида пожала плечами, и ее губы растянулись в улыбке.

– Нет, отнюдь. Это меня совершенно не волнует, пока я с тобой.

Ее супруг был немногословным человеком, даже когда они оставались наедине. Таристан погрузился в привычную тишину, и у него на лице застыло каменное выражение. Когда-то оно казалось Эриде стеной, разделяющих их. Но теперь она понимала его истинную суть.

Это было приглашение.

Она еще крепче прижалась к его груди. Жар его тела проникал сквозь шелк и броню ее одеяний.

– Я думала, что ты… – начала Эрида, но у нее перехватило дыхание. Она с раздражением поняла, что ее щеки покрываются краской. – Забудешь меня.

Из горла Тристана вырвался хриплый смешок. Он наклонил голову так, что их лбы почти соприкоснулись, а его черные глаза грозили поглотить Эриду целиком. Интересно, если она упадет в их бездну, то где окажется? «Может быть, там одна лишь тьма? Или в этой глубине красной тенью скрывается Тот, Кто Ждет, готовый в любой момент выйти на поверхность?»

«Впусти меня. Впусти, – вспомнила она шепот в своем сознании. – Интересно, он тоже его слышит?»

– Ты правишь четырьмя королевствами, – сказал Таристан. Жизнь при дворе не изменила его резких манер. – Даже самому жалкому нищему, прозябающему на улице, известно твое имя.

Эрида поджала губы и застыла, не желая сдаваться. Таристан нависал над ней, но она чувствовала себя ничуть не менее высокой. Мощь четырех корон как будто укрепляла ее позвоночник сталью.

– Я не это имела в виду.

– Знаю, – ответил он так тихо, что она едва расслышала его.

В это мгновение он наконец-то сократил оставшееся между ними расстояние и крепко прижался губами к ее губам. Если глаза Таристана казались пустой и непостижимой бездной, то его губы горели адским пламенем, которое нельзя было истолковать неверно. Они обжигали, перемещаясь от ее рта к краю скулы и обратно. Эрида охотно принимала прикосновения, разомкнув губы и, неожиданно для себя самой, запустив пальцы в волосы мужа. Она провела ногтями по коже его головы, отчего у Таристана перехватило дыхание. Эрида улыбнулась и нежно прикусила его губу.

В глубине глаз Таристана полыхнул красный огонь, словно разряд молнии посреди темного неба. Она увидела, как на поверхность его сознания всплывает Тот, Кто Ждет. Эрида приняла это крохотное напоминание как нечто само собой разумеющееся. Она еще не открыла свой разум для Расколотого Короля, но Он все равно был рядом. Выжидал, словно волк, который скребется в двери и воет, умоляя пустить внутрь.

Но Тот, Кто Ждет мог подождать еще немного, а вместе с Ним и весь мир.

Скользнув пальцами по щеке Таристана, Эрида обхватила его подбородок и снова посмотрела на порез на щеке, выделявшейся на его чистой красивой коже.

Она нежно провела пальцем по шраму, чувствуя, что его кожа полыхает огнем. Таристан не отстранился, но его глаза почернели, а взгляд стал жестче. Тот, Кто Ждет исчез, скрывшись в глубине. На какое-то время.

Эрида вспомнила порезы, которые Корэйн оставила на лице Таристана в прошлый раз. Три неровные линии. Всего лишь легкие царапины. Конечно, они зажили, но это заняло больше времени, чем следовало ожидать в случае Таристана. «Здесь замешано волшебство», – сказал тогда он.

В этот раз рана была серьезнее. На его коже багровел покрывшийся корками рубец.

– Это дело рук Корэйн? – спросила Эрида, заглядывая ему в глаза.

Таристан нежно отвел ее руку от своего лица и отодвинулся на несколько дюймов. Перестав ощущать его тепло, Эрида поежилась.

– Корэйн и ее ведьмы, – ответил он, и на его щеках загорелись непривычные пятна румянца.

Эрида нахмурилась. Она видела, что Таристан чего-то стыдится и пытается это скрыть.

– Произошло что-то еще?

Он сглотнул, и на белой коже его горла, видневшейся из-под воротника, проступили бледные вены. Эрида заметила блестящий красный след, который подозрительно напоминал ожог.

Не колеблясь ни мгновения, Эрида схватилась за мягкий бархат и потянула его вниз, чтобы обнажить полоску обожженной плоти. Ее глаза округлились. Кожа затягивалась, но медленно. Естественным образом. Как у любого другого смертного.

Приоткрыв рот от изумления, Эрида взяла Таристана за руку, в которой он обычно держал меч, и поднесла к лицу, чтобы изучить костяшки его пальцев. Они были не белыми, а розовыми, и на них виднелись обычные для людей ссадины и царапины. Теперь его руки ничем не отличались от рук мечников из ее войска. Такие же, как у любого рыцаря на тренировочной площадке.